Кажется, Бэйль впервые понял, что, возможно откусил больше, чем смог прожевать, и посмотрел на Тильду, оценивая заново. Тильда могла быть беременной, но она все еще была высокой и крепкой, с мускулистыми руками и сильными ногами.
Я была уверена, что сразу, когда Бэйль схватил ее, она сопротивлялась слабо, чтобы не навредить ребенку. Но сейчас она была в бешенстве.
Одним резким рывком она откинула голову назад, ударив Бэйля в лицо. Со своего места в нескольких футах от нее я услышала, как хрустнул его нос. Прежде, чем он успел использовать нож, она схватила его за запястье, выкрутила назад и, используя свою руку как рычаг, с громким треском сломала ему руку.
Все произошло за несколько секунд, и Бэйль, закричав от боли, отступил назад. Его рука висела под странным углом, а по лицу текла кровь. Но Тильда еще не закончила.
Сильным ударом она пнула его по ногам. Он упал в грязь, и Тильда ударила его кулаком в пах, заставив Константина возле меня вздрогнуть. Затем она запрыгнула сверху, нанося удары в лицо обеими руками.
Его тело вдруг обмякло, но я не знала, потерял он сознание или умер. В любом случае, Тильда, видимо, решила прикончить его наверняка. Она хватила нож, который он уронил на землю возле них, и нанесла удар прямо в сердце.
А затем она просто опустилась на колени на его мертвое тело, тяжело дыша. Никто из нас не проронил ни слова и не пошевелился. Было такое ощущение, что ей нужно было побыть одной.
Когда она, наконец, встала, то встряхнула руками, видимо потому, что они болели от сильных ударов, которые наносила Бэйлю, и чтобы стряхнуть часть его крови.
— Тебе лучше? — спросила я ее.
Она кивнула, все еще ловя ртом воздух, когда подошла ко мне.
— Да. Нам все-таки нужно что-то сделать с телами. Люди могут что-то заподозрить.
— Эта девчонка просто зверь, — шепнул Константин, когда она прошла мимо, и посмотрел на нее с новообретённым восхищением.
— Видел бы ты ее, когда она не была беременна, — сказала я.
Тильда залезла во внедорожник и использовала бутылку воды и рубашку из своей сумки, чтобы стереть кровь. Нам всем тоже хотелось это сделать, но сперва необходимо было сосредоточиться на трупах, пока не подъехал какой-нибудь автомобиль.
Пока мы с Ридли пошли за телом Бэйля, Тильда перенесла сумки на заднее сиденье, чтобы мы не испачкали кровью вещи. Константин схватил тело Дрейка, перекинув через плечо, а затем бесцеремонно бросил его в багажник.
Проблема была не только в переноске огромного тела Мане — для чего понадобились все мы трое — но также и в загрузке его во внедорожник. Нам пришлось сложить его в странную позу, чтобы он поместился.
— Есть еще одна большая проблема, — сказала Тильда. Мы все еще стояли за внедорожником, возле открытого багажника, она сидела на заднем сиденье и повернулась, чтобы посмотреть на нас из-за горы тел. — Это точно были люди Виктора, и они нашли нас. Как?
Ридли покачал головой.
— Когда мы уехали из Дольдастама, мы выбросили наши телефоны, разбили Рэндж Ровер и арендовали машину. Я не знаю, как они могли выследить нас. — Тут он посмотрел на Константина. — Если кто-то не сказал им, где мы будем.
— Они пытались и меня убить, помнишь? — сорвался Константин. — И откуда я мог знать, что мы будем в этом месте на этой чертовой дороге, когда Тильда захочет в туалет?
— Тогда как они нашли нас? — насторожено спросил Ридли.
— Вероятно, так же, как я нашел Брин, — он повернулся к телам и отодвинул Мане, чтобы залезть в карман Дрейка. Оттуда вытащил локон темных вьющихся волос и протянул их Ридли. — Он следил за тобой.
У Ридли вытянулось лицо, и он провел рукой по волосам, словно пытаясь нащупать недостающий локон волос.
— Вот черт.
— Действительно, черт, — Константин смерил его тяжелым взглядом и захлопнул дверцу багажника. Он обошел автомобиль и залез внутрь, оставив нас с Ридли.
— Мне жаль, — сказал Ридли, глядя на пустое место рядом с нами. — Я не должен был приезжать. Мина знала, что я приведу ее прямо к тебе. Это моя вина.
— Она обманула тебя, — сказала я. — Она обманула нас всех. Это она хорошо умеет.
Он стиснул зубы:
— Я должен был догадаться.
— Все нормально. Мы все в порядке. Ты пострадал больше всех.
Его кожа была красной и ободранной, но уже начала темнеть, начали проявляться синяки.
Он лишь головой покачал.
— Вы, ребята, должны бросить меня здесь и ехать без меня. Они могли отправить больше людей за мной. Вы в опасности со мной.
— Ридли, я не собираюсь бросать тебя на обочине дороги. И даже, если они действительно следят за нами, они проследуют за нами до Сторваттена, на который в любом, случае планируют нападение. С нами все будет в порядке.
Он опустил глаза, тяжело сглотнув.
— Мне жаль, Брин. Я не должен был приезжать. Я просто…
— Ты просто что? — я шагнула ближе к нему, и он поднял глаза, встречаясь с моими.
— Я просто должен был увидеть тебя. Мне нужно было знать, что ты в порядке.
Я хотела спросить, зачем тогда ты отталкиваешь меня? Если ты просто хотел быть со мной, почему ты такой далекий?
Но я не думала, что он ответит, поэтому просто посмотрела на него, желая понять причину боли в его глазах.
