— Но тебе нужен отдых, — напомнила я ему. — Медик говорил тебе, и ты хромаешь.
Он пожал плечами:
— Моя нога полностью излечена. Хромота пройдет через день.
— Константин! — я остановилась, и он тоже и оглянулся на меня.
— Ты действительно думаешь, что я позволю чему-нибудь помешать мне и пропустить этот бой? — честно спросил он.
— Прекрасно, — я вздохнула, — по крайней мере, обещай мне, что ты будешь осторожен.
Он покачал головой и снова двинулся вперед:
— Не-а.
В столь многочисленной и пестрящей формой и размерами компании, мы не могли воспользоваться основными видами транспорта, в том числе поездом, на котором мы обычно пересекали территорию Канады, направляясь в Дольдастам.
К счастью, в большей части Манитобы зима закончилась, и упростила наш путь по бездорожью. Чтобы достичь цели нашего пути, во многих местах дорог буквально не было, мы будем полагаться на карты Скояре, GPS и четырехколесный двигатель, чтобы добраться туда.
Трилле были достаточно любезны, чтобы предоставить нам свой транспорт — видоизмененные армейские грузовики. Большинству из нас удалось разместиться в кузовах, под прикрытием непромокаемого брезента, остальным же пришлось ютиться в небольшом автопарке Скояре — Jeep Wranglers.
Для того чтобы не попасться людям на глаза, нам предстояло держаться, как можно дальше от цивилизации и часто используемых дорог. И если люди все-таки заметят нас в тех случаях, когда нам понадобится остановка или дозаправка, несколько Трилле с нами используют силу убеждения и заставят их забыть обо всем.
Как только мы достаточно приблизимся к Дольдастаму, мы оставим конвой и остаток пути пройдем пешком, так как все наши автомобили будут слишком громкими и очевидными. Так у нас был шанс использовать элемент неожиданности. Маскирующая способность охранников башни хорошо работала на людях, но гораздо хуже на других троллях, особенно когда они пытались скрыть такую большую движущуюся цель.
Я сидела в одном из грузовиков между Ридли и задним бортом. Лавки, закрепленные по обе стороны вдоль бортов были полны охранниками Скояре постарше, и, хоть они пытались выглядеть уверено, я видела, что они нервничают.
Константин тоже был в этом грузовике, но не сидел, как все на лавке, а лежал на полу, используя свою сумку в качестве подушки. Некоторые из охранников возмущались, но Константин сказал, что ему нужно вытянуть ногу, чтобы она быстрее зажила, поэтому они отстали от него.
Несмотря на толчки и тряску во время поездки, Константин безмятежно спал, иногда подпрыгивая. Это была жесткая поездка по скалистой местности, наполняющая меня болью и ломотой каждый раз, когда мы останавливались, чтобы отдохнуть и сделать перерыв на туалет.
Большую часть дороги мы ехали молча. Шум двигателя мешал слушать, да и говорить было нечего. Ты боишься, что Омте буквально раздавит тебя? О, я тоже!
Ридли лишь раз заговорил со мной, спросив, не хотела ли часть его обеда. С момента его признания вчера вечером, мы на самом деле не говорили ни о чем, кроме военных вопросов и планов действий. Но я не возражала. Времени на что-то другое не было.
Когда мы вместе вернулись в грузовик после одной из наших остановок, он положил руку мне на ногу, мягко сжимая каждый раз, когда мы попадали на большой ухаб, и это утешало больше, чем если бы он что-то сказал.
К темноте мы преодолели примерно две трети нашего пути и остановились для ночевки под открытым небом. Езда по бездорожью целый день довольно быстро вымотала нас, и нам был нужен отдых прежде, чем мы прибудем в Дольдастам. Мы знали, что нам придется ночевать под открытым небом, и хорошо к этому подготовились.
Было меньше двадцати градусов, и ночевка на улице ожидалась довольно холодной, поэтому мы торопливо ставили палатки. Девочка из Трилле предложила разделить со мной палатку, и я согласилась. Другие солдаты занялись разведением костров, мы установили свою палатку на окраине лагеря, так как я предпочитала выспаться, а не пытаться всю ночь заснуть под разговоры у костра.
Пока она заканчивала устанавливать палатку — маленькую из белого плотного холста, которое хорошо держало тепло и холод — я вернулась к грузовику взять шкуры животных, чтобы не примерзнуть к земле.
Когда я подошла к машине, Ридли уже был там, вместе с Финном раздавал шкуры и спальные мешки. Пятеро стояли в очереди, ожидая своего спальника, и, когда я присоединилась к ним, Ридли посмотрел на меня, а свет от костров отразился в его темных глазах.
— У нас уже есть спальные мешки, — сказала я, когда подошла моя очередь.
— Эй, Финн, ты справишься с этим? — спросил Ридли, оглядываясь на двоих, стоящих после меня. — Я хотел бы поговорить с Брин минутку.
— Да, уверен, — Финн пожал плечами. — Я думаю, у большинства все уже есть.
— Отлично. Спасибо, — Ридли бросил ему улыбку и переключил внимание на меня.
— О чем ты хочешь поговорить? — спросила я.
Он покачал головой.
— Не здесь, — он повернулся и пошел, маневрируя между крытых грузовиков, и я последовала за ним.
