Но главные лица скрыты позади. Аян. Ланс. Только сейчас я отчетливо вижу насколько они разные, противоположные берега, которые никогда не сойдутся. Даже здесь во сне, я чувствую, как нечто тянет меня к Аяну. Нечто, что было предрешено еще до моего появления в землях ведьм. Когда я сжала в руке тот кулон, обещая его оберегать умирающему мужчине, я запустила колесо событий, которые привели меня к этому моменту. К моменту, когда все должно решиться. Осталась неделя до ритуала Нанше. И я вернусь домой. Я снова посмотрела на нашу квартирку, понимая, что стою на границе двух миров. И их нельзя соединить. Только выбрать.
Сердце сжалось, едва я осознала эту мысль. Выбрав маму и свою обычную жизнь официантки, я навсегда потеряю Ланса, Шантру и Аяна.… А выбрав их — обреку маму на одинокую смерть в нищете.
Взгляд опускается на кулон на моей шее, холодный и мрачный. Он будто знает, что я чувствую. Сейчас я ясно осознаю слова Нанше:
«Твоя метка не наказание, а проводник»
Он показал мне нечто, о чем мечтает каждый человек — чудо, волшебство, магию. Этот кулон сделал меня смелее, увереннее. Изменил все, что я когда — либо знала. Но так же принес и боль и кровь. Но, как известно, без тьмы не бывает света…
Утро приносит дискомфорт. Ноги ноют, как и тело после полета на виверне. Едва я разлепляю глаза, как полы шатра разлетаются, и я вижу Шантру, которая полна энтузиазма и бодрости. Даже противно.
— Так и знала, что ты еще в постели, — закатывает глаза Шэн, плюхаясь ко мне на кровать. Достает из-за спины красное яблоко и бросает мне. Я неловко машу руками, наблюдая, как яблоко катится по полу.
— Да, масштаб катастрофы явно серьезнее, чем я предполагала.
— Я только открыла глаза!
— Ты собралась учиться защищаться, здесь нужно быть начеку каждую минуту! И твоя отговорка врятли впечатлит какого — нибудь наемника с ножом в руке.
Я пробурчала что — то невнятное, нехотя вставая с кровати и подхватывая яблоко с пола.
— Ты же не забыла о том, что просила научить тебя защищаться? — щурится Шантра, вычищая ножичком ногти.
— Конечно нет, — вздыхаю я, наспех ополаскивая лицо холодной водой.
Судя по хмурому выражению лица ведьмы, она ни капли мне не верит, но молчит. Я быстро надеваю темную рубашку и штаны, заплетаю локоны в косу и достаю из — под подушки тот самый кинжал. Едва мы выходим из шатра, как я понимаю, что еще даже не было рассвета. Небо только— только начинает светлеть, спуская во власть утро.
Я только хочу спросить что мы будем делать в темноте, как Шантра машет рукой, ведя меня прочь от деревни.
— Но я думала…
— Лучше ешь. Путь неблизкий.
Откусываю слегка кисловатое яблоко, следуя по пятам за Шантрой. Сегодня она отличается от себя прежней. Собранная, даже без намека на глупые шутки и ухмылки. Она будто за одну ночь превратилась в воительницу. Напоминаю себе, что это в крове всех ведьм. Они пережили войну. Смерть, реки крови, руины. И тому свидетель глубокий шрам на животе Шэн и не только на нем. Еще глубже рана на сердце, которую не увидеть. Я наблюдая за ее выверенными уверенными движениями, когда она ловко огибает валуны и поваленные деревья, пока мы пробираемся по лесу в неизвестном направлении. Яблоко уже давно съедено и меня начинает мутить от количества ям, препятствий и узких тропинок. Сжимаю зубы, следуя за ведьмой. Ноги начинают подкашиваться при очередном прыжке. Шантра каждый раз оборачивается, будто проверяя, когда я сдамся, и буду умолять остановиться, но я не доставлю ей такого удовольствия.
Мы идем довольно долго, небо уже окрашено в золотистый и оранжевый. Но лес не кончается. Я едва могу поднять голову, чтобы разглядеть путь, скрытый ветвями с жесткими листьями. Руки в ссадинах щиплет, коса растрепалась, а рубашка насквозь мокрая. Но я продолжаю идти.
Шантра на миг останавливается, чтобы протянуть мне воду. Меня хватает на то, чтобы благодарно посмотреть на нее. Прохладная жидкость обжигает горло, придавая сил.
— Осталось не так много, — улыбается Шэн, сверкая улыбкой. Ведьма даже не запыхалась. Загорелая кожа чуть блестит от пота, а в целом она выглядит идеально, в отличие от меня. Но сейчас не время.
Мы поднимаемся выше, воздух становится холоднее, мурашки покрывают кожу. Я сжимаю руки крепче на стволах деревьев, чтобы пройти дальше. Старая кора трещит и сыплется, впиваясь в кожу. Дышу глубоко, помогая себе. Вдруг нога цепляется за ветку и спотыкаюсь. Только руки спасают мое лицо от встречи с камнем, глубоко сидящим в земле.
— Эй, все хорошо?
— Да.
Вытираю пот с лица рукавом, приподнимаясь на дрожащих ногах.
— Мы можем… — начинает аккуратно Шантра, хмуря брови.
— Нет, — отрезаю я, делая шаг за шагом вперед.
Когда мне уже кажется что я упаду прямо здесь, впереди мелькают развалины. Каменные обломки, оставшиеся от меленького дома. Я, наконец, оглядываюсь, понимая, что жуткий лес остался позади, а мы стоим на залитой солнцем поляне с одним единственным строением. Прямо у подножия хрустальных гор.
— Что это за место?