Море сейчас было спокойное, так что неровности дна были заметны ещё отчётливее, чем с борта корабля. Они были похожи на причудливый камуфляжный рисунок. Перепады глубины были зачастую очень резкими — вот длинная светлая каменистая коса, едва прикрытая водой, а в паре десятков метров от неё — уже тёмно-синий провал. А ещё в глаза бросались остовы затонувших кораблей. Их было неожиданно много — на обозримом пространстве я навскидку насчитал не меньше тридцати. Некоторые было видно сквозь прозрачную воду на мелководье, некоторые и вовсе затонули не полностью — над поверхностью торчали верхушки мачт и палубных надстроек. Будто молчаливое предупреждение о том, что ближе подплывать не стоит.
К северу же с океаном и вовсе творится странное — над водой стелется какая-то плотная дымка, не позволяющая толком разглядеть, что там внизу. Туман? Дым от действующих вулканов? Пар от горячих источников, о которых упоминал Линьфао?
Впрочем, в подробностях разглядывать всю панораму мне было некогда. Снижаясь, я окинул взглядом россыпь подводных камней, через которую нам предстояло провести корабль. Увидел приметную пару скал, соединённых вверху перемычкой, похожей на естественный дугообразным мост. А чуть поодаль от неё…
— Корабль! — выпалил я, вываливаясь обратно в реальность.
— Точно! И здоровенный! Большой торговец, не меньше сотни лей в длину!
В правом углу рубки неприятно запищал какой-то прибор, назначение которого я не знал — тоже с линзой, но выпуклой, почти полусферической формы, и расположенной вертикально. Но на сигнал пока никто не обращал внимания. Калаан и вовсе замер, оскалившись и вцепившись в рукояти рулевого колеса так, будто его заклинило.
Корабль чужаков был по меньшей мере втрое длиннее нашего, и другой конструкции — пузатый, с выпуклыми, нависающими над водой бортами и кучей надстроек над палубой. И уж точно он был богаче и новее «Волчьей звезды». Даже во время беглого осмотра с высоты я разглядел кучу блестящих на солнце позолоченных украшений на бортах, а на флагштоках в носовой части судна были развёрнуты целые полотнища — чёрные с золотом, с какими-то вензелями и гербами. А ещё с высоты я успел заметить по бокам несколько довольно крупных шлюпок, закреплённых в специальных гнёздах.
Судя по суете на палубе, мы явно были не единственными на «Волчьей звезде», кто заметил торговца. Да и на той стороне нас тоже должны были увидеть. Скорее всего, даже раньше, чем мы их. Весь вопрос в том, как будут реагировать. Сдаётся мне, мы не в том положении, чтобы ссориться с кем бы то ни было. Корабль и так едва на плаву.
Хлопнула обитая металлом дверь, и в рубку снова с грохотом ввалился Джигги Гремучка.
— Что делать-то будем, Пёс? — искоса зыркнув на нас с Намирой, выпалил он. — Это же «Золотая плеть» Рувазира! Я эту громадину и за пять ксефов узнаю.
— Сам вижу! — процедил сквозь зубы Калаан.
— Рувазир⁈ — в ужасе выдохнула Намира. — Что это чудовище здесь делает? Или…
Она вдруг зарычала, как рассерженная кошка, и набросилась на капитана. Оторвала его от штурвала, вырвала из кобуры, висящей на его же поясе, пистолет.
— Ты же знал, да? Отвечай, грязный выродок! Ты специально завёз нас сюда?
Рубка и так-то была тесноватой для нашей компании, а когда завязалась драка, то и вовсе стало не протолкнуться. Мне кое-как удалось разнять капитана и Взывающую, при этом та успела-таки пальнуть из пистоля. К счастью, пуля не срикошетила, а угодила в окно, пробив дырку в стекле. Я вырвал оружие из её рук и от греха подальше выбросил через дверь.
— А ну-ка, замерли все! — рявкнул я, потому что на этом потасовка не закончилась. — Стоять!
Намира по-прежнему пыталась вцепиться Калаану в лицо. Тот, завалившись на приборную панель, отпихивался от разъярённой фурии ногами. Джигги тоже орал что-то, пытаясь отодвинуть капитана от приборов — кажется, тот что-то нажал ненароком. Вдобавок ещё и та штука в углу продолжала противно визжать, издавая короткие тревожные сигналы каждые пару секунд.
— Уберите от меня эту бешеную стерву! — чуть заплетающимся языком прорычал Калаан, поправляя сбившуюся набок шляпу.
— Змея! — прошипела Намира. — Ты за всё ответишь!
— Да отцепитесь вы от руля! Мы сейчас в скалу врубимся! — рявкнул Гремучка.
Я, наконец, оттащил дерущихся от приборов и, подавив в себе желание врезать им по подзатыльнику, спросил:
— Так, а теперь спокойно и коротко! Времени мало. Что за Рувазир?
— Я не раз слышала это имя, — тяжело дыша и не сводя взгляда с Калаана, прорычала Намира. — Когда мы были в трюме, в клетках. Кто-то из матросов упоминал, что это наш покупатель.
— Работорговец?
— Да! И эта тварь всё-таки привезла нас прямо к нему!
— Вы сами решили идти к Каменной короне! — огрызнулся Калаан. — Я вас за язык не тянул!
— Но ты ведь мог и предупредить!
— Это в наш уговор не входило!
У меня от их криков уже голова начала гудеть. Ещё и эта противная жужжалка в углу…
— Да что там орёт? — поморщился я. — Можно как-то отключить эту штуку?
