Заснула в своём мире - проснулась в другом! Да ещё и в теле неугодной жены могущественного герцога, которая скончалась от яда. Герцог оказался той еще скотиной и тут же сослал её, точнее, меня в её теле, в глушь, а сам женился на своей любовнице!Как удачно, что в глуши оказалась захудалая хлебная лавка. Значит, я точно не пропаду, ведь в своем мире я была не просто блестящим пекарем, но и владела целой пекарней! Я и лавку восстановлю, и целую деревню накормлю, и жизнь в этом краю налажу.И всё бы ничего, да вот только герцог требует от меня какой-то артефакт, о котором я понятия не имею. Чтобы найти его, он дал мне месяц, иначе мне несдобровать! Как назло, рядом с моей пекарней постоянно маячит свекровь и сестра мужа, которые явно задумали что-то нехорошее…
– Она умерла? Это точно?
– Сомнений быть не может, госпожа Рейвенн. Я проверил пульс – Милены больше нет с нами.
– Замечательно! То есть, ох, какое горе, она была ещё совсем юной девочкой…
Что за чертовщина? Я лежу на чём-то очень мягком, с закрытыми глазами, и чётко слышу два голоса: мужской и женский. Откуда они взялись и о чём вообще разговаривают? Ещё и имена какие-то дикие мелькают – Рейвенн, Милена… Что происходит вообще?
Тут до меня дошло: они обсуждают, что эта самая Милена умерла! Капец! Не знаю, кто это, но если это случилось в моей пекарне, проблем потом не оберешься. Как минимум, полиция сейчас нагрянет, объясняйся с ними потом!
Надо срочно всё выяснить.
– Господин Жамир, мне понадобится от вас заключение… – тем временем, начал женский голос. Какое именно заключение, я слушать не стала. Резко открыла глаза и рывком села.
– Немедленно объясните, что происходит! – потребовала я, – Кто вы такие и что вообще тут забы…
Слова застряли у меня на языке. Я уставилась на пожилую женщину, разодетую в пух и прах. В глаза бросилось вычурное лиловое платье, расшитое чёрным бисером, седые волосы, уложенные в высокую причёску, и ярко-зелёное перо, залихватски торчащее из неё.
Рядом с женщиной стоял грузный мужчина с пышными усами, одетый в белое.
Оба умолкли на полуслове и уставились на меня так, словно увидели привидение.
Я уставилась на них в ответ. До меня медленно дошло, что я нахожусь где угодно, только не в своей квартире, и даже не в “Булке и кренделе”. Я успела только мельком заметить роскошную кровать под розовым балдахином и просторную комнату с огромным окном во всю стену, как по ушам ударил визг.
– А-а-а-а-а!!!
Это кричала женщина. Она попятилась, во все глаза вытаращившись на меня. Её руки мелко дрожали; вот она подняла одну и начала быстро-быстро описывать круг перед лицом.
– Госпожа Рейвенн! – бросился к ней мужчина в белом. Она зашаталась и, не переставая истошно вопить, обмякла, а он подхватил её. Бросая на меня почему-то насмерть перепуганные взгляды, он подтащил женщину к большому мягкому креслу и аккуратно опустил её на него.
Повернулся ко мне, и я аж вздрогнула: его лицо было совершенно диким, а глаза – выпученными.
– Милена… как так… как вы ожили? Я же сам щупал пульс! Его не было!
– Какая я вам ещё Милена? – возмутилась я, – Почему вы меня так…
И осеклась.
Как я этого только не заметила?!
Голос.
Голос был не мой! И как я сразу не заметила?
У меня всегда был низковатый голос с хрипотцой. За него меня в школе ещё вечно Простудой дразнили. А сейчас я говорила звонким нежным голоском, больше похожим на трели жаворонка.
Да что за чертовщина тут творится? Я, наверное, сплю!
Дальше всё стало ещё страннее...
Чтобы убедиться в этом, от души ущипнула меня за руку и вскрикнула от боли. Уставилась на стремительно наливающийся на запястье синяк…
Так, ещё и руки не мои! Вместо повидавших виды ладоней сорокасемилетней женщины, коей я и являлась, я изумлённо разглядывала хорошенькие аккуратные ладошки юной девушки, с нежно-розовыми ноготками.
Ну точно, сплю! Сегодня был тяжёлый рабочий день, неудивительно, что после него снится всякая чушь.
Но кое-что проверить надо. Всё-таки интересно же!
Я откинула тяжёлое покрывало, расшитое шёлком, и решительно встала с кровати. Кричавшая женщина, которую назвали госпожой Рейвенн, уже замолчала и теперь наблюдала за мной во все глаза.
Ноги коснулись холодного каменного пола. Я опустила глаза вниз и поняла, что стою на нём босиком, тапочек в округе не наблюдается, а на мне надета только длинная тоненькая ночнушка с кокетливыми рюшами.
Сроду такой не носила. Какой интересный сон, однако. Даже с ощущениями. Интересно, что будет дальше?
Стоило мне сойти с кровати и сделать шаг вперёд, как она вжалась в высокую спинку кресла, затряслась и забормотала:
– Миленочка, милая, всё не так, как ты думаешь, всё совсем не так, тебе показалось…
– Послушайте, – обратилась я к ней, – я не Милена, или как вы там меня называете. Меня зовут Наталья, Наталья Павловна Астапова, и я понятия не имею, как тут оказалась. Подозреваю, что всё это мне снится, но очень хочется посмотреться в зеркало. Оно у вас тут есть?
– Не Милена? – слабым голосом переспросила женщина, и в её глазах мелькнуло что-то, похожее на облегчение, – Зеркало?
– Да! – обрадовалась я тому, что наконец-то удалось наладить контакт, – Где мне его взять?
– Значит, ты и не помнишь ничего? – продолжила допытываться госпожа Рейвенн, внимательно глядя на меня. Её взгляд из испуганного вдруг стал цепким и колючим, – Например, того, что было час назад?
Разговор свернул не туда.
– Час назад, – сердито сказала я, – я была на работе и заканчивала оформлять свадебный торт. Мне его вечером надо отвезти заказчику. А потом я, видимо, задремала и вы мне приснились.
– Конечно-конечно, – быстро закивала госпожа Рейвенн, и я с досадой поняла: она мне не верит.
Ну, естественно. И зачем я только сообщила персонажу из сновидения, что мы находимся в сновидении!