- Я не уверена, но так говорится в письме, сеньора Каталина поехала туда за ней, но ей не дают проехать. На всех дорогах солдаты возвращают назад экипажи и коней. Так сказала сеньора Каталина.
- Моника в монастыре! Моника жива и здорова! Тогда, Ренато…?
- Куда вы? Сеньора Каталина в вашем доме!
- Ренато, Ренато… Эта новость поможет избежать столкновения с братом, – обрадовался старый нотариус. И не обращая внимания на возражения служанки, заторопил: – Экипаж, коня. Нужно догнать его! Беги, помоги мне, беги за ним! Помоги мне, Ана!
Запыхавшись, старый нотариус спустился с первой же взятой напрокат повозки, остановившейся как раз у северного берега. Там была вооруженная береговая охрана, которую губернатор передал в распоряжение Ренато, и тот осуществлял последние маневры, чтобы поднять якорь. Опустился вечер бурного 7 мая, когда глухо и незаметно взращивал в себе таинственную злобу вулкан. Улицы взволнованного города переполняло необычайное движение, лихорадочное оживление. Никого не удивила приехавшая повозка, бегущий старик, отчаянно звавший, пока солдаты и члены экипажа занимали места на небольшом, но крепком военном корабле.
- Ренато, пожалуйста, пусть мне дадут пройти!
Он подошел к лестнице, собираясь взобраться туда. Два стража охраняли со штыками. Позади нотариуса прозвучал знакомый голос, и тот оглянулся.
- Хватит глупых криков! Сколько еще будет продолжаться этот балаган?
- Ренато! Я думал, ты на борту, сын мой! Как безумный я кричал.
- Можете и дальше кричать, а я иду на борт.
- Нет, ради Бога, выслушай меня. Не совершай ошибку. Моники нет на «Люцифере», она в монастыре.
- Не говорите ерунды. Этот негодяй, которого я велел запереть, видел, как она поднялась на борт с Хуаном.
- Но это неправда, она не поехала! Даю тебе слово, могу поклясться. Сеньора де Мольнар только что прислала мне сообщение. Она получила письмо от настоятельницы, где говорится, что Моника с ними.
- Монастырь эвакуировался со вчерашнего дня.
- Знаю, но монахини там наверху, на горе Парнас, в другом монастыре, и настоятельница написала Каталине де Мольнар, что ее дочь жива и здорова. Ты слышишь? Жива и здорова…
- Это правда? Вы уверены? – живо заинтересовался Ренато. – Где это письмо? Я хочу его видеть сейчас же, немедленно!
- Оно у Каталины. Она велела девушке найти меня, и бедняжка бежала, как сумасшедшая, чтобы сообщить вести. Весь вечер она искала меня, и наконец…
- Хватит, этот сюжет слишком смешной! – взорвался недовольный Ренато, заметив Ану: – Считаете меня ребенком? Думаете, остановите меня новостью этой обманщицы, идиотки, которая даже не знает, где находится?
- Но Ренато, ты можешь сам поехать на гору Парнас.
- Вы смеетесь надо мной?
- А разве я позволю над собой насмехаться? Я сам найду ее и привезу сюда. Увидишь письмо и Монику. Прошу лишь подождать некоторое время. Подожди, Ренато, подожди здесь! Не пройдет и часа, как я вернусь.
Он побежал к повозке, где ждала Ана, и приказал отправиться кучеру. Тот ударил кнутом лошадей, и старая повозка толчками тронулась с места. Ренато Д'Отремон пренебрежительно отвернулся и перебрался через лестницу, напоминая:
- Я дал приказ отчаливать, капитан! Ищем «Люцифер»!
Яростный Ренато Д'Отремон направился в каюту. Нет, он не верил и никогда не поверит словам старого нотариуса. Его нелепое рвение остановить его, постоянное и отчаянное вмешательство вызывало в Ренато лишь ощущение грубой уловки, тупой лжи, словно его хотели поймать в ловушку, остановить хотя бы на несколько часов, минут в поимке Хуана, брата, которым он восхищался и ненавидел, жадно гоняясь за ним и в то же время яростно отталкивая.
Вулкан выпустил еще огромный черный клуб дыма, затмивший и так уже замутненный дневной свет. Волны неравномерно и необычно раскачивали железную скорлупу, словно море бурлило. Ренато яростно приказал:
- Капитан, выделите шесть человек для наблюдения! Подготовьте прожекторы, потому что скоро наступит ночь. Несите вооруженный караул, будьте готовы в любую минуту. Пусть никто не отвлекается. Сражение – это жизнь или смерть, а «Люцифер» где-то рядом!
16.
Пройдены многочисленные трудности, мешавшие нотариусу Ноэлю выполнить обещание, данное Ренато. С трудом двигалась старая нанятая повозка, чтобы завершить остаток пути. Всю ночь вулкан выбрасывал в воздух огненные механизмы, напоминая спектакль Данте: стрелы света, звезды, клубы красноватого дыма, раскаленный пепельный дождь. Время от времени сотрясали короткие толчки, прерывая на секунду ритм жизни, в воздухе плавали густые испарения; термометры поднимались, а барометры все падали и падали. А впереди высилась гора Парнас.
- Боже мой! Когда же мы приедем, Ноэль?
- Уже едем, донья Каталина. Путешествие всегда имеет конец. Хотя пока еще едем и не достигли цели…
- Не говорите так. Узнать, что моя Моника жива, обнять ее…
- Очень хорошо и это свято. Но в добрый час, Боже, в добрый час! Этот безумец, скорее всего, уже настиг этих несчастных, и Бог знает…
- Кто знает, дон Ноэль! – вставила Ана. – Скорее всего, хозяин Ренато вернется, не солоно хлебавши.
