— Большая лужа слез! Но что за слезы! И радость и тоска. Радость от того, что ее любимый к ней навсегда пришел, но и тоска по его крыльям. Нас женщин не понять умом…
— Янина, я бы хотел, чтобы ты сохранила и перо и опал для нашего сына.
Она кивнула, поджав губы.
— Так ты знаешь?
— Конечно, знаю, это причина, по которой ты, придя в себя, все же оставалась в замешательстве. Чего ты боялась я знаю — меня. Надеюсь, теперь все волнения позади и мы подумаем о важном?
— Ты хочешь, чтобы наш сын нашел Крылья?
— Совершенно этого не хочу, но не исключаю такой возможности. Я чувствую, Люцифер не все мне сказал. Он — мастер загадок.
— Ваня, — серьезно начала Янина, собираясь с духом. — Я не верю, что все кончено, напротив — все, может быть, только начинается. Я очень, очень тоскую по твоим крыльям! Я там мечтала, каким ты станешь, если их сохранишь.
— И как бы я нашел Его? — хмыкнул Ваня, — Иногда полезно избавиться от наивности, Янина. Сними с себя ответственность за то, что произошло, я сам так захотел. Знаешь, я замерз. Хочу в тепло.
— По-моему, действительно сильно заморозило тебя на этом поле. Пойдем, постараюсь отогреть.
Он взял ее за руку и пара медленно пошла к трассе, а воронье с радостью вернулось на свое любимое поле. Ваня и Янина шли навстречу себе, тем себе, которыми они были рождены. Теперь мир им казался более понятным и логичным. Хотя кому же логика нужна, когда есть жизнь и с помощью нее возможно изучить лучшее творение Бога — себя?
Маленькое чудо — сын Вани и Янины смотрел своими широко распахнутыми глазками на новоиспеченных родителей вполне себе осознанно, как для человека двух часов от роду. Майское солнце освещало не только младенца, но и всю комнату, добавляя еще больше света и еще больше радости в сердца молодой мамы и молодого папы. Сложно было поверить, что этот ребенок — плод нелегкой любви двоих людей. Нелегкой, но такой красивой.
— Ты не сильно похож на папу слишком молодо выглядишь, — улыбнулась Янина, лежа в своей кровати и нежно касаясь пальцами ручонки своего сына.
Ваня усмехнулся. С тех пор, как он, повзрослевший, и даже в некотором смысле постаревший вернулся из Австралии, он действительно вернул много из себя прежнего. Свою былую нежную улыбку с ямочкой, светлые локоны снова мягко лежали на его шее и висках, а небесно-голубые глаза в оправе пушистых темных ресниц поражали молодостью. Вернее, блеском взгляда юноши, который дорвался до жизни. Таким взглядом он и раньше не отличался, а теперь это было похоже на полное очищение от пятен.
— Наверное, — сказал Ваня, — Миру так угодно, чтобы сын запомнил меня молодым и красивым.
Янина закусила нижнюю губу, чтобы не выдать своих чувств. Она знала, что такова судьба — Люциферы долго не жили, в отличие от того самого Первого. А те, кому удалось исполнить свое предназначение и подавно.
— Послушай, — сказала она, — мы ведь не можем долго оттягивать с именем. Ты обещал сказать, как бы хотел назвать этого малыша.
— Ты обещала мне то же.
— Да, но я думала, что когда он родится, то мне будет проще. Ничего подобного, как оказалось. Поэтому вся надежда на тебя.
— Давай, я дам три имени и ты выберешь одно, — предложил Ваня, не сводя глаз с сына, который тоже весьма пристально смотрел на своего папу.
— Что ж, давай.
— Саша, Сережа и Паша.
— Но это же слишком простые имена! — не выдержала Янина.
— Извини, как обладатель не вполне выдающегося имени на другое я бы не решился. Варфоломей Иванович будет звучать э-э-э… ну ты понимаешь. — хмыкнул Ваня.
— Да ты просто смеешься надо мной! Ладно, я дам три имени, а выбирать тебе. Итак, Максим, Богдан, Ваня.
Ваня тихо засмеялся, она тоже не могла не улыбнуться.
— Ты предлагаешь мне выбрать имя, или кто из этих троих людей мне больше нравится?
— Ты будешь сильно расстраиваться, если наш сын будет носить твое имя? — тихо спросила Янина, взяв мужа за руку.
Он покачал головой, но в его глазах она не могла не прочесть мысли «Но я не хочу ему моей судьбы!»
— В таком случае, — сказала она, — подождем его крестных. Как ты там говорил, их зовут? Аня и Толик? Надеюсь, до того, как мы попадем домой, они явятся.
— Да, они уже едут. Они тебе понравятся. Это — хоть еще и дети, подростки, но настоящие ангелы.
— Не могу не верить в это. И это — ангелы хранители нашего сына. — загадочно окончила она.
Ваня никогда не говорил об этом Янине, но в том, что должен будет исполнить их сын, ему помогут ангелы хранители, с которых начался путь Воина Вани. И им, этим ангелам, уже об этом известно…
Молчание затянулось. Янина спросила о чем он сейчас думал, а затем он тихо произнес.
— Я просто любуюсь лучшим творением, которое мог создать. А самое главное — что мы с тобой вместе его создали. Теперь я знаю, как выглядит чудо. Давай назовем его Чудо?
