— Тебе, Юори, кроме годового абонемента в веселый домик пастушки Греты, по-моему, больше ничего и не надо. А в историю с Эвангелиной ты вляпался самостоятельно, и все оттого, что думаешь не тем местом. Ты хоть раз сделал что-нибудь для собственного Клана? Все сыновья помогают своим отцам. А у Змеев, так вообще, Кераано лишь номинально считается Главой. Мальчишки и без него прекрасно справляются с делами Долины. А старый хитрец наслаждается жизнью и обществом молодой жены!
— Вот я тоже хочу наслаждаться, а не впахивать, как в твоих шахтах маги!
Горделиво откинув волосы, Юори открыл дверь и вышел, оставляя последнее слово за собой.
— Извини, Лайконик. Я — старый дурак.
— Нет, Саэрэй, ты — это ты, а он… Мы уже рождаемся с определенным характером и определяемым им желаниями, страстями и подстраиваемым под него интеллектом. Один хорош в командовании войсками, а другой — любовными утехами. Просто к желаниям со временем добавляется ответственность за Долину, семью, свою работу… Кто-то вполне научился планировать время для забот и развлечений, а кто-то просто не понимает, чего от него все ждут. Идеально, когда статус от рождения совпадает с задатками. Но, к сожалению, бывает и так, как у Юори. Но знаешь, ничего нет неизменного под нашими звездами. Когда личность проходит какие-то испытания, у нее есть два пути: либо она примет эти изменения, став сильнее и умней, либо деградирует окончательно.
— Нет, Лайконик, есть еще третий путь: урывать для себя куски, балансируя на тонкой проволоке.
— Да, Саэрей. Только заканчивается это все равно одинаково: дорога жизни уходит налево и направо, разбегаясь бесповоротно.
— К тупику с одинаковым названием…
— Брось, друг. Ты же знаешь, что все выходит из Хаоса и в него же возвращается. Когда-нибудь и мы вернемся в Древо чистой энергией, чтобы снова воплотиться в одном из его миров. А Юори… Не переживай, он должен пройти свой путь, ломая голову и сбивая колени. Если он не справится, дорога окажется немного короче.
— Он и так жил неупокоенным духом!
— Значит, у него еще не было возможности чему-либо научиться. А сейчас он, как ребенок, радуется и наслаждается новой игрой в новое бытие. А мы с нашими великими делами и предстоящей войной отбираем у него эту конфету, раньше времени пытаясь сделать мальчика взрослым.
— Тогда объясни мне, друг, почему маленький Иржи, перенеся обрушившиеся на его голову испытания, не только выдержал их, но и стал сильнее духом?
— Откуда ты знаешь, каким этот ребенок был раньше? И потом, данная ему сверху судьба немилосердно потащила его по лезвию, с одной стороны которого была смерть, а с другой — сражение за жизнь. Он сделал ставку на сражение и победил. И эта победа сделала его ответственным и внимательным.
— Но Юори тоже балансировал и падал!
— В отличие от Иржи, он об этом не знал. А видел перед собой просто очередную легкую интрижку, одну из многих, всегда доставляющих удовольствие.
— Но сейчас, помня об этом, он продолжает играть в те же самые игры!
— Саэрэй! Сейчас нам предстоит одна игра: война. И поверь мне, она все расставит на свои места. К моему большому сожалению, многим это уже не поможет. А давай-ка, мы с тобой откроем карту мира и подумаем, куда подойдет, в первую очередь, флот даяков.
Юори, надев куртку с капюшоном, бежал по улицам Вожерона, не разбирая дороги. Улетали в прошлое витрины магазинов, дорогие кабачки и ресторанчики, где он покупал милые вещицы своим девушкам и куда захаживал выпить с ними чашечку кофе и бокал вина. Ему казалось, что освещенные яркими огнями подъезды разевают свои двери в беззвучном крике: «Убирайся, урод, тебе здесь не место!» И тогда, сгибая плечи и пряча лицо в глубоком капюшоне, он шел дальше, сам не зная куда. И скоро дорогие фасады роскошных многоквартирных домов сменились облетевшей штукатуркой и выбитыми стеклами на лестничных пролетах жилищ рабочих окраин, где плохо замощенные улочки причудливо путались между собой, частенько заканчиваясь грязными, замусоренными тупиками, пахнувшими кошками и человеческими отходами, набросанными под чахлыми кустиками, прилепившимися к слепым стенам старых зданий. Поплутав в таких переулках и злорадно попеняв Лайконику, что не все так идеально в его королевстве, как он думает, Юори вышел к полуподвальному трактирчику с немытыми с начала времен и залепленными кое-где малярной лентой стеклами. Как ему хотелось вытворить что-нибудь этакое назло умному дядюшке и слушающему его нравоучительные высказывания отцу! Ну почему они не могут понять своими старческими, отупевшими от собственного величия головами, что он просто хочет жить, радуясь светилам, траве, хорошеньким женским лицам! Да, когда-нибудь и он начнет за что-то отвечать, о чем-то думать и раздавать указания. Но сейчас, после многовековых ужасов небытия, ему нравилось быть красивым, живым и веселым молодым драконом, влюбленным в свою жену и всех женщин мира!
