Художник быстро собрал наброски и изящным движением кисти показал на стол:
- Присаживайся!
Бедняга Игнац невольно засмотрелся на младшего графа. Теплый свет темных глаз ласкал и успокаивал, обещая, что все будет хорошо. Губы приветливо улыбались. И бойцу захотелось вдруг упасть перед ним на колени и поцеловать этому божественному созданию руку. Глаза затуманились слезами, а ноги стали подгибаться, когда совсем не ангельская рука изо всех сил треснула его по предплечью.
- Эй! Проснись! - голос звучал достаточно сурово, и охранник очнулся, потирая наливавшийся на руке синяк.
- Извините, я не хотел... - покаялся несчастный Игнац.
Иржи сел, улыбнулся и постелил на колени салфетку.
- Ладно, не парься. Кажется, я перестарался? - он кивнул на плечо.
- Порядок. Просто Ваша внешность...
- Понимаю. - Кивнул художник, накладывая себе в тарелку вареные овощи. - Ты не стесняйся, кушай. А то когда теперь придется.
Игнац сел и начал поедать воздушный омлет с грибами.
Через какое-то время, запивая чаем безе со взбитыми сливками, Иржи продолжил начатый разговор:
- Ты считаешь, это сущее удовольствие, когда в тебя постоянно тычут пальцами, выдумывая одну небылицу круче другой? Когда ты не можешь с девушкой спокойно встретить закат на террасе открытого кафе? Когда твой любимый брат не в состоянии жениться только из-за того, что его невесты бросаются тебе на шею, предлагая все, и даже своих собачек? Ты для себя хотел бы такой жизни?
Охранник оторопело посмотрел на Иржи.
- Я не думал об этом. Простите, если вызвал у Вас негативные эмоции...
- Ничего. - Художник крепко хлопнул его по другому плечу. - Сейчас тебя сменят, отдохнешь.
- Но я готов...
- Но не готов я... - улыбаясь, закончил разговор Иржи, снова хватая свои рисунки. - Будь добр, пока ты здесь, застели в гостиной клеенку в тот угол, где мольберт. И узнай местную программу развлечений. Я пока посижу в комнате.
И художник, унося за собой мысли и чувства бойца, скрылся в спальне, прихватив бумагу и упаковку карандашей.
Когда приехала машина со сменой, охранник Игнац Ковач был подтянут, молчалив и суров. В гостиной под мольбертом лежал толстый слой клеенки, а на обеденном столе - список развлечений. В нем были не только гламурные посиделки в чайной комнате для дам, но и ознакомительный маршрут по местным озерам на лодках к охотничьим домикам. А также дивной красоты водопад, льющий воды с утеса и названный "Слезы дриады". И это не считая музыкальных вечеров и конных прогулок по близлежащим рощам.
Ковач уехал, так и не увидев закрывшегося в своей комнате господина Измирского. Но его место на стуле у двери занял Йожеф Фаркаш. Тоже мужчина высокого роста, с крепкими ногами и руками, а также наблюдательными серыми глазами.
Женщины, живущие в отеле и не занятые никакими делами, обременяющими рассудок, обязательно выкраивали свободную минутку, чтобы пройти по этажу, где жил всемирно известный эпатажный художник. Но, увидев у заветной двери охрану, они тяжело вздыхали, все же надеясь поглазеть на знаменитость хотя бы за обедом или ужином.
Фаркаш уже прочитал по десятому разу газету, сетуя, что не взял с собой детектив, когда дверь номера распахнулась, и из нее вышел граф Измирский - младший. Черными глазами с длинными ресницами, бросающими тень на светлую кожу лица, Измирский внимательно оглядел нового охранника. Потом посмотрел по сторонам. На его счастье, в коридоре никого не было. Дверь открылась пошире.
- Заходи. - Не терпящим возражений тоном приказал Иржи.
Охранник вздохнул, но подчинился.
- Садись. - Граф показал рукой на диван в гостиной.
Тот молча сел.
- Итак, тебя зовут?
- Фаркаш Йожеф, господин.
Иржи прошел мимо него раз, другой, а на третий сделал в его сторону молниеносный выпад, метя в шею. Не ожидавший ничего подобного охранник все-таки выпад отбил.
- Хорошо. - Кивнул граф. - Холодным оружием владеешь?
- Да, господин. - С удивлением подтвердил молодой человек.
- Нож с собой?
Тот кивнул, показывая в рукаве кончик лезвия.
- Очень хорошо. Раздевайся.
У охранника открылся рот, и поднялись брови.
Иржи, тем временем, распахнул окно, снял с тела рубаху, скинул ботинки и вытащил откуда-то узкий и длинный нож.
- Ну же... - прекрасные черные глаза нетерпеливо смотрели на Фаркаша. - Ты заставляешь меня ждать.
И столько в этом упреке было печали и нежности, что охранник Йожеф в одно мгновение стянул рубаху, сбросил обувь и встал перед Иржи, словно всей своей позой говоря: все что хочешь, дорогой!
Иржи фыркнул и, нырнув тому под руку, приставил к его горлу нож. И только тогда Йожеф очнулся. Невысокий граф отскочил от Фаркаша:
- Давай, мальчик, нападай!
- Я - охранник... - промямлил тот.
- И что? Разомнемся!
