ставить пьесу «Обыкновенное чудо» по Евгению Шварцу. В том, что
мне достанется роль Принцессы, я ни капли не сомневаюсь… Я
посещаю драмкружок не первый год и являюсь любимицей Якова
Ефимовича. Ну а кто, если не я? Только если эта необычная новенькая
вдруг так покажет себя на прослушивании, что мы все свихнемся от ее
таланта и главную роль отдадим ей… Но вряд ли.
Только вот роль Медведя, возлюбленного Принцессы, совершенно
точно не подходит никому из присутствующих, кроме Олега. Кто? Стас
Белобородкин слишком крупный и неуклюжий. Зиновий Аксенов
страшно заикается, поэтому большие роли ему не дают… А с парнями, как я уже ранее сказала Олегу, у нас в кружке прям беда. Девчонкам
часто приходится играть мужские роли. Классные и популярные
ребята не горят желанием посещать драмкружок. Поэтому Дымарский
на прослушивании – просто оазис в засушенной пустыне. Небеса, молю, пусть ему у нас понравится!
– Ты решил себя попробовать? – спрашиваю я.
– Да. Люблю искусство.
– Серьезно? – удивляюсь я.
– В прошлом году мы с мамой были на постановке в театре
драмы. Я как-то проникся.
– Круто! Я обожаю их спектакль «Три толстяка». Раз шесть
смотрела, наверное.
Олег явно достойный паренек. Мало того что симпатичный, еще и
искусство любит. И где он прятался от меня столько лет? Почему сразу
не пришел учиться в нашу школу?
– Почему ты перевелся? – спрашиваю я.
Замечаю мелькнувшее в глазах Олега смятение. Дымарский
отвечает не сразу.
– Отца определили на новую работу. Надо было искать другую
школу, иначе на дорогу бы тратил пару часов в день. Я и с
репетитором, который в этом районе живет, занимаюсь.
– Определился с будущей профессией?
– Языки. Родители настаивают. Это престижно. Хотя моя душа
лежит к искусству…
– Правда?
Я не верю. Такого просто не может быть! Он будто сканирует
меня или читает, как книгу…
– Я собираюсь поступать на искусствоведа, – говорю я.
– Ты веришь в родство душ? – внезапно спрашивает Олег, едва
касаясь плечом моего плеча.
И я затаиваю дыхание. Верю. Конечно, верю! Она точно есть, моя
родственная душа… Живет где-то поблизости, только никак не может
меня найти. Или быть может, она сейчас находится на сцене
школьного актового зала…
– Бонжур! – раздается над моим ухом.
Я быстро оборачиваюсь и нос к носу сталкиваюсь с Бойко.
– Ты что здесь делаешь? – сердито спрашиваю я.
Француз недоделанный! Бойко поперли из драмкружка еще в том
году, когда он превращал каждую репетицию в балаган и в конце
концов довел даже добродушного Якова Ефимовича. Невозможно
нормально работать под вечный ржач. Мы серьезные вещи ставим, между прочим…
В драмкружок Макар записался, разумеется, из-за меня. Раньше
была секция изобразительного искусства и шахматы в шестом
классе… Иногда мне кажется, Бойко таскается за мной не для того, чтобы добиться расположения, а просто от скуки и чтобы побесить.
Энергетический вампир, вот он кто.
– Как я мог пропустить громкую премьеру? Город стоит на
ушах… – ерничает Макар.
Все его слова – насмешка. Сдались ему сто лет и театр, и наша
постановка.
– Яков Ефимович не возьмет тебя обратно, – язвительно заявляю
я.
– Обижаешь! Яков Ефимович пообещал мне главную роль.
– Ага, как же! Ты такой болтун, Бойко! – не верю я.
Мне бы и в самом страшном сне такое не приснилось… Хотя наш
худрук расстраивался из-за того, что Макара пришлось выгнать.
Парней не хватает, а тут: «Такой рост! Такая фактура! Такая харизма!
Мальчику бы больше серьезности…» Нет, Яков Ефимович не может со
мной так поступить.
Макар усаживается, и теперь я зажата между двумя парнями. От
одного сердце учащенно стучит, а второго придушить хочется. Но я
уже так увлекаюсь спором с Бойко, что забываю об Олеге.
– Здорово, кстати, – протягивает Дымарскому свою клешню
Макар, и ребята пожимают руки.
Бойко учится в «В» классе, Дымарский – в «Б». Они успели
познакомиться? А может, и не знакомы вовсе. Просто Бойко имеет
дурацкую суперспособность с первого дня считать каждого своим
корешом. И что самое интересное: остальные ему словно
подыгрывают. У меня от его панибратства зубы сводит. Надеюсь, Олег
не станет вести себя как все и будет держать дистанцию с Бойко.
– Привет, – сдержанно отзывается Олег.
Чутье меня не подводит: Дымарский чувствует себя не в своей
тарелке рядом с расхлябанным Бойко. А может, и рядом со мной?
Мысль меня просто ужасает. А если я у Олега буду теперь
ассоциироваться с этим исчадием ада? Ведь где я, там и он! Господи, и
почему Макара снова принесло в самую неподходящую минуту?!
Наказание какое-то!
Правда, Бойко ничего не смущает. Из нас троих он самый
расслабленный. Сидит на сцене, болтает длинными ногами в старых
стоптанных «Вансах» и в ус не дует, кто там и что о нем думает.
В этот миг в актовом зале наконец появляется Яков Ефимович. Он
постоянно опаздывает, к чему наша труппа уже привыкла.
