Если в прошлые разы нашей близости я была не в состоянии думать головой, то теперь могла и четко приняла для себя это решение.
— Как скажет моя Принцесса, — прошептал Данил и, всучив мне коробку, подхватил меня на руки.
Всего несколько шагов и он уложил меня на кровать, присоединившись ко мне следом.
— Стало быть, ее подарок не пропадет зря, — сказал он, прокладывая дорожку поцелуев вдоль моей шеи.
*****
С того самого дня и весь остаток лета мы сношались как кролики. Порой я чувствовала себя воровкой, пробираясь по тени улиц, ускользая от своих телохранителей, только чтобы увидеть Данила и… не только увидеть.
Он больше не позволял мне придерживаться тех строгих во всем правил, с которыми, казалось, я срослась. Он сказал, что жизнь слишком коротка для этого.
А потому на этот раз я позволила себе беззаботно плыть по течению, созданному его руками. Я доверилась ему. Но самое сложное было еще впереди…
Утро прошло довольно хорошо, если не брать во внимание нытье Ульяны по поводу того, что преподаватели были безжалостны к студентам в первый же учебный день. Когда первая пара подошла к концу Ульяна радостно побежала вон из аудитории, чтобы, с ее слов, ощутить запах свободы от учебы, которая ей уже успела надоесть. Я же совсем не торопилась, собирая вещи в сумку. Я думала о Даниле и о том, как было досадно и обидно, что мы не могли пообедать вместе.
Вдруг на экране телефона высветилось новое сообщение. Оно было от Оли, предыдущего представителя третьего курса. Подумав, что она спрашивала, во сколько будет собрание, я без задней мысли открыла чат с ней и уже хотела было начать писать время сбора, как прочитала ее сообщение.
По позвоночнику пробежался табун мурашей.
Женя Назарова вернулась.
POV Даня
— Жень.
Она повернулась в мою сторону, когда я окликнул ее по имени, подловив на лестнице.
Ее глаза безошибочно вспыхнули при виде меня.
Глубоко вздохнув, я без особого желания спустился к ней по ступеням.
Было трудно подойти к ней в первый раз после того, как произошло то дерьмо, вывернувшее из меня всю душу. Я до сих пор отчетливо видел перед глазами ту картину — кровать с окровавленными простынями и Женя, сидящая голая на полу и обнимающая свои колени, с опухшим и покрытым синяками лицом, красными и налитыми кровью глазами от пролитых слез. А ей было еще тяжелее чем мне, ведь это дерьмо случилось с ней и ей же придется жить с этими воспоминаниями всю оставшуюся жизнь.
Но мне нужно было поговорить с ней, как бы тяжело это ни было.
Пусть лучше это сделаю я, чем мой лучший друг.
Пусть лучше меня ночами будут мучить кошмары, чем его…
— Данил, — пробормотала она и, к моему удивлению, улыбнулась.
Я уставился на нее и понял, что это уже не та девушка, какой она была. Это была не та девушка, которая носила самые откровенные наряды и красилась как последняя блядь, и уж точно не та девушка с повадками стервы и с сучьим характером.
Судя по выражению ее глаз, Женю всё еще терзали те губительные для любой психики события, но, казалось, она уже смирилась с тем, что с ней случилось.
— Почему ты вернулась? — прямо спросил я.
— А почему нет? — невозмутимо парировала она, пожав плечами.
— Ты как никто знаешь, какими жестокими бывают люди, Женя, — заявил я. — Ты только подумай — с чем тебе придется столкнуться от студентов, знающих о… том инциденте, — замял я уточнение, чтобы не терзать душу ни ей, ни себе. — Особенно если учесть, что они не знают правды и, возможно, никогда не узнают. Они живьем тебя сожрут. Оно тебе надо?
— Мне всё равно, — тихо ответила она. — Я вернулась не ради них.
— Тогда ради кого ты сюда вернулась?
— Тебя…
Ее ответ по ощущениям был схож с ударом биты со всего размаха по моим ребрам — до боли и удушения.
— И Леши, — закончила она. — Я хотела… поблагодарить вас за то, что вы для меня сделали.
— Тебе не нужно нас благодарить.
— Нужно, — упрямо отразила она. — Если бы не вы, я… я не знаю, как бы я сейчас жила.
— Отлично. Всегда пожалуйста, — резко ответил я. — Если это то, что тебе было нужно, теперь ты подумаешь о смене универа? — с надеждой спросил я.
Она усмехнулась и слегка покачала головой.
— Могу я поговорить с Лешей?
И снова воздух выбили из моих легких.
— Ни за что, — отрывисто прорычал я.
— Я знала, что ты так ответишь, — она с легкой улыбкой поджала губы. — Ты всё еще слишком опекаешь его.
— Жень…
— Мне надо на пару, — сказала она, поворачиваясь ко мне спиной. — Увидимся позже. И если вам когда-нибудь понадобится моя помощь, не стесняйся обращаться ко мне. Я обещаю, что сделаю для вас всё что угодно. Я вам очень сильно обязана.
Скрипя зубами, я уставился ей вслед.
Я знал это…
Знал, что ее возвращение сулило одни неприятности. Оно не предвещало ничего хорошего, тем более что она хотела увидеть Орлова. И я чувствовал, что она не остановится, пока не поговорит с ним.
Не имея другого выбора, я поплелся в сторону аудитории своей уже идущей пары, думая о Назаровой.
