— Да, мне грустно. Мне грустно, оттого что ты не можешь правильно ответить на этот вопрос.
Ксюша бросила на меня раздраженный взгляд, а затем посмотрела на свой телефон, который я забрала у нее в качестве одного из условий, что поставила перед тем, как взяться за репетиторство.
— Я не думала, что ты так серьезно возьмешься за мою подготовку, — пробормотала она.
— Не отвлекайся.
— Ты постоянно продолжаешь повторять это.
Я многозначительно посмотрела на ее листок.
— Ты закончила?
Она вымученно вздохнула и, покачав головой, вернулась к выполнению задания.
Мне было больно видеть ее такой. Наивной. Счастливо забывшейся.
Ксюша не знала, что ее парень разрабатывал план расставания с ней. И она не знала, что я тоже в нем участвовала.
Мы с Орловым тайно поговорили об этом на вечеринке Кирилла. Он не испытывал угрызений совести, когда сказал, что ему нужна моя помощь. А я не испытывала угрызений совести за то, что ударила его по лицу. Совсем нет. Потому что была очень зла.
Он был здесь, без каких-либо жизненных сложностей и перипетий, мешающих ему свободно любить Ксюшу, кроме его собственной неуверенности и эгоизма, и говорил мне, что пришло время бросить ее.
Поэтому, не удержавшись, я дала ему пощечину. А потом сказала, что да, я сделаю это, но не ради него, а ради Ксюши.
И оставила его напиваться на террасе, под гнетом собственной совести.
Только вот он не напился, а затащил Ксюшу в постель, и если бы я не пришла за ней, то он увез бы с собой не только ее сердце, но и девственность.
Признаться, услышав разговор Данила и Глеба в библиотеке, я не думала, что пойду на день рождения Кирилла. Я не хотела видеть Данила. Пока не хотела, мне нужно было время, побыть одной. Но Романов рассказал Харитону о своем дне рождении, Харитон в свою очередь рассказал об этом Глебу, а потом сказал мне, что брат отпустил меня на вечеринку, думая, что это то, чего я хотела. А я не хотела!
Еще и Глеб избегал меня. Харитон сообщил ему, что я услышала их с Громовым разговор, и у меня сердце разрывалось от того, что брат избегал меня, несмотря на то что я теперь знала — он не тот за кого себя выдавал. Он любит меня, но почему тогда избегает?
Это было больно.
Очень.
Но я не показывала виду.
И впервые за много лет мне захотелось, чтобы он нашел меня и поговорил со мной, даже если это были бы просто оскорбления с его стороны.
На вечеринку Кирилла я шла с мыслями о нем. Данил выполнил пожелание Глеба. На вечеринке он держался от меня на расстоянии и даже не разговаривал со мной, разве что за исключением его ревностного замечания по поводу того, как я была одета. К слову, я тоже не искала встречи с ним.
Я не была готова говорить с ним о том, что он узнал о моей семье. Да и я была занята тем, чтобы держать Орлова подальше от Ксюши.
— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я отвезла тебя домой? — спросила я Ксюшу, провожая ее до двери.
Она улыбнулась мне.
— Я с папой уеду. Он сейчас заедет, чтобы передать документы на подпись твоему отцу.
Я остановилась и она тоже, но только для того, чтобы рассмотреть старинную японскую картину, висевшую в фойе.
Я на мгновение замешкалась, прежде чем спросила:
— Что за документы?
— Для контракта, — рассеянно ответила Ксюша. — На самом деле я ничего об этом не знаю. Он просто ни с того ни с сего сказал, что бабушка передала ему какие-то документы, чтобы он принес их сюда, — она посмотрела на меня. — Может, твой отец с ней знаком?
— Да, мне кажется, он упоминал что-то о твоей бабушке, — пробормотала я, изображая искреннее непонимание. — Я слышала, что твоя бабушка в свое время была бизнес-магнатом.
— Забавно, — Ксюша усмехнулась. — Для меня она всегда была просто любимой бабушкой, я никогда не видела ее в роли бизнес-магната, как о ней все говорят. Твоему папе повезло. Бабушка почти не занимается бизнесом последние несколько лет, потому что вышла на пенсию, — я увидела, как ее вдруг осенило, и она, улыбнувшись, призналась: — Бабушка не так давно по телефону спрашивала меня о моих друзьях. Я рассказала ей о тебе. Надеюсь, ты не против.
Я хотела спросить ее еще кое о чем, но тут в комнате появился Харитон, а за ним — отец Ксюши с папкой документов в руках.
Ксюша вся засветилась и тут же бросилась обнимать его.
— Добрый день, — поприветствовала я его.
— Добрый день, Таня, — улыбнулся он мне. — Как я уже успел заметить, ты, как всегда, держишься официально.
— Глеб Андреевич в библиотеке, Анатолий Геннадьевич, — сообщил ему Харитон.
— Я смотрю, в этой семье все формальные, — шепнул он дочери и Ксюша сдержанно посмеялась. — Я быстро, Ксень.
— Хорошо, пап.
Харитон вместе с отцом Ксюши последовали дальше по коридору, а я, скрестив руки на груди, уставилась им вслед. Я очнулась от мыслей только когда Ксюша потрепала меня по плечу, привлекая мое внимание.
— Это настоящие мечи или декоративные? — спросила она, указывая на витрину.
