— Куда это ты собрался? — проревел отец, готовый оттащить меня за шкирку назад, если бы не мать, которая остановила его.
— Подальше от тебя! — крикнул я, захлопывая дверь своей комнаты.
Как это было всегда, Вениамин поплелся за мной, когда я выбежал из дома и направился в гараж.
— Оставь меня в покое, — рявкнул я, остановившись перед своей тачкой.
— Вы заведены, Данил Денисович. Вам не следует садиться за руль в таком состоянии.
— Кто ты такой, блять, чтобы указывать мне, что я должен или не должен делать?!
— Я вам не враг, — тихо заметил Вениамин.
Я уставился на него, поджав губы, но не отпуская своей злобы.
— Ты на стороне родителей, а не на моей.
— Я уже доказал вам обратное однажды, Данил Денисович. И буду доказывать вам это снова и снова.
Вениамин проработал главой дома немногим более полугода. И да, он проявил себя, когда не рассказал моему отцу о том, что я и мои друзья сделали с насильником Жени Назаровой, проблемной студентки нашего универа. Он даже помог нам скрыть все это. И после того случая он часто помогал мне в подобных вопросах
Но я все равно относился к нему настороженно. Вениамин знал это и именно поэтому действовал осторожно.
— Вам звонят, — подсказал он, когда я не заметил звона своего телефона из-за своего состояния.
Звонил Влад, один из моих друзей, который просто так никогда не звонил.
Сделав глубокий вдох, я гневно ответил:
— Да?
После некоторой паузы, Рябинин соизволил ответить.
— Надо же, какие же мы сегодня злые, — съязвил он.
Я глубоко вздохнул, набираясь терпения.
— Просто скажи, какого хрена ты весь вечер обрываешь мой телефон, Влад.
— Ты должен прийти, — невнятно произнес он.
— Куда?
— В бильярдную, — на линии раздался треск. — Череп снова затеял мордобой.
Да вашу мать.
— Сейчас буду. Убедись, что вы двое останетесь там живы до тех пор.
Я отключился и увидел, что Вениамин уже набирал сообщение на своем телефоне.
— Ты услышал?
— В данный момент мои люди уже проверяют состояние ваших друзей, Данил Денисович.
У этого бывшего военного был невероятно острый слух и впечатляющие возможности решения проблем.
— Напомни-ка, зачем тебе гонять горничных в доме, если ты можешь просто стать главой охраны?
— Платят больше, — ухмыльнулся он, явно вспомнив свою первую зарплату из моих рук за подработку моим личным помощником в каверзных делах.
— Ясно. Я поехал, — сказал я ему.
Вениамин поднял взгляд, убирая телефон обратно в карман пиджака. Он долго смотрел на меня, а затем предложил:
— Данил Денисович, может быть, мне лучше сесть за руль?
— Валяй, — согласился я, решив, что спорить с ним слишком трудно. — Поехали.
Поездка в бильярдную прошла в тишине. Я смотрел в окно, стараясь ни о чем не думать и пытаясь избавиться от гнева до того, как увижу своих друзей. Челюсть все еще ныла, но симпатичное личико волновало меня сейчас меньше всего. Мне нужно было убедиться, что с парнями все в порядке.
Вениамин свернул на улицу, которую я так хорошо знал, чтобы сократить путь. Внутри у меня все сжалось. Закрыв глаза, я прислонился лбом к стеклу.
— Она была там, да? — прошептал я через некоторое время.
Он некоторое время молчал, а потом все-таки ответил:
— Да. И она была самой красивой девушкой в зале.
И держала за руку Симонова Роберта. Этого напыщенного уродца…
Вениамин не сказал мне об этом, но я и без слов знал, что это было так. Она всегда была с Робертом.
Я не пошел на эту встречу не потому, что был упрямым и не хотел подчиняться воле отца, а потому, что не хотел их видеть.
Мне было больно видеть их. Было больно видеть ее. Ее с другим…
Потому что я хотел, чтобы все это время она держала за руку меня.
POV Таня
Удар тыльной стороной руки повалил меня на пол.
От неожиданности я сильно ударилась рукой и бедром и боль прокатилась по руке от запястья, отчего я с трудом сдержала крик.
— Встань.
Я осторожно, но быстро поднялась на ноги. Щека пульсировала и я знала, что на этот раз она оставила след.
— Неужели мое отсутствие позволило тебе думать, что ты можешь свободно разгуливать по округе и вести себя распутно?
Я крепко сжала пальцы в кулаки, ногти больно впились в кожу. Я постаралась придать своему лицу спокойное выражение. Я не собиралась доставлять ей удовольствие от осознания того, что она снова меня задела.
— Нет, — сказала я сдержанным голосом.
— Нет, что?
Я тяжело сглотнула и подняла глаза.
— Нет, мама, — ответила я.
Мать скрестила руки на груди, глядя на меня голубыми глазами, полными неприкрытого отвращения. Ее черные волосы были собраны в тугой, строгий пучок, а одета она была одета в черное классическое платье.
Она была ниже меня сантиметров на пять, но, несмотря на это, я всегда чувствовала себя маленькой в ее присутствии. Даже жалкой. Прошли месяцы с тех пор, как я видела ее в последний раз, месяцы покоя и передышки от ее ужасного нрава.
— Я не хочу, чтобы ты так себя вела, — сказала она убийственным тоном. — Ты поняла меня?
— Да, мама.
— Хорошо. А теперь убирайся с глаз моих. Я не хочу видеть тебя сегодня за ужином.
Я тут же повернулась и направилась в свою спальню, как меня окликнула мать, заставив замереть на месте.
