– Обоюдоострый кинжал звёздного короля, – старьевщик улыбнулся.
– Кинжал звёздного короля? – воскликнула Ларетта.
– Да. Взгляни на эту монограмму на рукоятке в виде падающей звезды. И на эту надпись. Странные слова, да?
– Что они означают? – Ларетта прикоснулась к буквам.
– Вечность, – ответил старьевщик, глядя мимо неё. – «Мы все растворяемся в вечности, но что о себе мы оставим: немеркнущий след в бесконечности иль долгую, добрую память…» – посмотрел на Ларетту. – Память не может быть ни доброй, ни злой. Память или есть, или её нет. Мы помним доброе, забываем плохое. Но, чаще, все же, мы забываем хорошее, доброе, а плохое не можем забыть. Жажда мести затмевает наш разум, стирает всё из нашей памяти. Умереть… – провел пальцем по лезвию кинжала. Посмотрел на каплю крови, упавшую на пол, сказал решительно. – Нет! Лучше жить и мстить… – улыбнулся. – Не бойся. Я вспомнил сказку про звёздного короля, которого свергли с престола, бросили в тюрьму, обрекли на верную смерть. А он выжил и стал самым счастливым человеком на земле.
– Расскажи мне о нём, – попросила Ларетта, поняв, что это его история.
– Не сейчас, – проговорил старьевщик, глядя мимо неё. – Ещё не время бередить старые раны… Ещё выступает кровь от прикосновения к звёздному кинжалу. Ещё… – посмотрел ей в глаза. – Ты ещё не готова к встрече с вечностью, Ларетта…
Она вздрогнула. Его слова её напугали. Встреча с вечностью для Ларетты означала смерть. Хотя, старьевщик мог вложить в эти слова другой смысл. Он был странным человеком не от мира сего. Именно это и влекло Ларетту сюда в запыленную лавку, набитую древностями. Но сегодня игла сомнения и страха вонзилась ей в сердце. Холод сковал тело Ларетты. Непреодолимое желание поскорее убежать от всех историй и самого старьевщика, похожего на злого волшебника, похитителя душ, подтолкнуло Ларетту к двери.
– Не бойся меня, – он преградил ей путь, взял за руку. – Я не причиню тебе зла. Ты нужна мне, потому что только ты разгадаешь загадки звёздного короля, – отпустил её руку. – Но это будет не сейчас. Всему своё время. Береги ключ и не ходи по ночам в чужие лавки, чтобы тебя не вздернули на виселице за воровство.
– Я исправлюсь, – проговорила она, убегая.
Старьевщик спрятал кинжал в ножны, достал позолоченный сундучок, открыл и тут же захлопнул.
– Нет. Последние звёздные пылинки мне ещё пригодятся. Ларетта и без того никуда не денется. Она в наших руках.
– В наших… – подтвердило эхо…
В королевство Сицильяно Ален пришел на рассвете. Стражник у ворот смерил его подозрительным взглядом, спросил:
– Что привело вас сюда?
– Указ короля, – ответил Ален и сам удивился. Он ни о чём подобном не думал. Но стражника этот ответ обрадовал. Он распахнул ворота и громко крикнул:
– Мастер пришел!
– Мастер… Мастер… Мастер… – повторили сотни голосов.
Слово «Мастер» сопровождало его до дверей королевского дворца. Сам король выбежал навстречу Алену с радостным восклицанием:
– Мастер…
Но, увидев юношу, остановился.
– Вы – мастер? – в голосе послышались нотки разочарования.
– Да, – сказал Ален. – Я – мастер.
Король нахмурился.
– Мне казалось, что мастером должен быть пожилой человек, а вы…
– Мальчишка, – добавил Ален. – Но, несмотря на это, я знаю толк в сапожном деле. Мои предки до десятого колена были сапожниками. Секреты мастерства передал мне отец.
– Прекрасно, – король улыбнулся. – Значит, вы сможете сшить для меня особую обувь.
– Смогу, если дадите мне материал, – Ален поклонился.
– Дам, – сказал король. – Следуйте за мной, мастер… Как ваше имя?
– Думаю, с этого дня меня будут звать мастер Ален.
– А как вас звали прежде? – поинтересовался король.
– Хулиган, – ответил Ален с улыбкой.
– Почему? – король насторожился.
– Прозвище «Хулиган» мне дали в детстве, и я не мог отделаться от него, как ни старался, – объяснил Ален. – Надеюсь, больше не будет повода его вспоминать. У нас с вами серьёзное дело, Ваше Величество.
– Дело? – король остановился. – Что вы имеете в виду, мастер?
– Я знаю о том, что ваша дочь, принцесса Леоне, пропала, – Ален протянул ему рисунок.
– Где вы взяли её портрет? – воскликнул король.
– Нарисовал, – ответил Ален.
– Нарисовали? – король уставился на него. – Вы хотите сказать, что видели принцессу?
– Да, Ваше Величество, я видел её во сне, – Ален улыбнулся. – Вернее не её, а портрет, который был спрятан в табакерке. Табакерку мне показал художник Юнг и сказал, что принцессе нужна помощь.
– Художник Юнг, – повторил король, достал свою табакерку, открыл, протянул Алену. – Вы видели этот портрет?
– Да-а-а, – ответил Ален растерянно. Теперь пришло время удивляться ему.
Они с королем стояли друг против друга и молчали. Никто не мог объяснить необъяснимое. Король заговорил первым.
– Раз вам всё известно, не станем терять драгоценных минут. До звездопада осталось три дня. Если мы не успеем сшить туфли для звездочёта, то Леоне навсегда останется там… – он посмотрел на небо.
– Я постараюсь сделать туфли к назначенному сроку, Ваше Величество, – Ален поклонился. – У меня будет только одна просьба.
– Говорите, мастер.
