Не куривший, по жизни, Алекс с zippo практически не расставался. Не опустившись до пошлого причиндала человеческой слабости, она перешла в совершенно иной разряд-настоящая мужская вещь, уместная всегда и везде. Абсолютно надежная и безотказная на "выходах", в жизни обычной она безупречно и ненавязчиво намекала на уровень владельца. Поднося ее огонек к тонкой, вонючей сигарете очередной… ну скажем… дамы… ну скажем… сердца, студент смотрелся подчеркнуто стильно и чертовски сексуально даже в самом модном ночном гадюшнике. Прям-таки не склонение к тривиальному одноразовому траху, а великосветское охмурение. Пикничковыми девочками Алекс давненько переболел, длительных связей пока не искал, но и сводить отношения с ба… женщинами в плоскость "за рыбу деньги" брезговал. Оставались молодежные ночные клубы средней руки, ну и все остальные места общего пользования. Zippo мягко снимала возможные сложности и непонятки. Профессионалки, прикинув цену золотой безделушки, особо не наглели и сообразив, что конкретного предложения не последует, сразу же сливались по-тихому. Зато очередная "красотка на вечерок", получала намек, что попку и ножки в тонких колготках на остановке троллейбуса морозить не придется и вместо пьяной собачьей свадьбы в грязной общаге или на почасовой хате обязательно состоится хоть и короткая, но романтичная и красивая "лубов" в уютном мини-отеле или даже на приличной даче с сауной. На хрустящем крахмальном белье под качественное натуральное пойло.
Утром проснулся и разом подхватился, словно какая зараза в бок пнула. Ощущение давненько подзабытое, но неприятно знакомое—в любой пикничковой солянке обязательно найдется придурковатый клоун обожающий тупые бородатые шутки. Уныло осмотрелся. Вчерашняя реальность поданная в сегодняшних ощущениях ничуть не изменилась… А счастье мнилось так близко… ну могли же вчерашние злоключения оказаться особо вредным глюком. После контузии и не такое привидится, уж больно пакостная и непредсказуемая дрянь эта светошумовая "заря"…
Привычным усилием заставил себя встать. Неприятно, но давным-давно не ново. "Второй наш день, он трудный самый". Тело еще не перестроилось, не отошло от ленивого городского существования, а радость и задор новизны уже сошли на нет. Мозги и те слегка приморожены. Алекс встряхнулся и резко нагнувшись над травяным островком быстрым махом свел ладони ковшиком, словно зачерпывая невидимую воду. Влажными руками, по иссушенной коже лица, потрескавшимся от жажды губам—это не просто кайф, это неземное блаженство и пусть росы так мало, что на язык не попало ни капли, но и то—счастье. Заодно размял тушку и только сейчас понял, что к утру не на шутку замерз. Ночка оказалась не по-летнему холодной. Неуклюжая нодья, а попробуйте соорудить хоть что-то приличное почти в темноте, да еще и без самого завалящего топорика, утухла задолго до рассвета. Хорошо еще не на голой земле дрых. Удивленно поворошил носком берца тощую кучку слегка подвядшей травы, но вспомнить как и когда соорудил сие немудреное лежбище так и не сподобился—больно уж вчера денек хлопотливый выдался и команда отбой прошла явно на автопилоте.
