Никто ополченцев в Хуторской Край палкой не гнал, они имели право продать наградные земли и остаться дома. Но без сопутствующих вкусняшек стоили те земли немного. Любой мог поселиться в Хуторском крае. Но пришлось бы платить налоги, да и принимали таких чужаков только с согласия старосты деревни или владельца хутора. Под собственное же поселение земли шли только через высокопочтенного Литара. Нет, пустовавшие земли в Хуторском Крае принадлежали лично Его Величеству Морану I и стоили, в сравнении с центральными областями недорого, но решением столь мелких вопросов занимался лично Глава Хуторского Края. А вот его согласие стоило недёшево. Жители четырех вольных городов также платили все налоги и подати на оборону Приграничья. Кроме того коронные налоги и королевскую аренду, поскольку любой клочок земли в Аренге принадлежал либо королю, либо конкретному Владетелю, а субаренда, мягко сказать, не поощрялась…
Высочайшим повеление было разрешено многоженство и временно введено «мягкое рабство по примеру стран соседних». До того людей в Аренге с рабских помостов не продавали, существовала лишь долговая кабала. Добровольная, когда Старшина рода по договору на время передавал работника кредитору. И судебная. По закону только Старшины рода мог взять в долг. При нарушении долговых обязательств после судебного разбирательства ему назначали срок для погашения долгов и коронных издержек. По истечению род должника либо распределяли на принудительные коронные работы до полного возмещения убытков, либо передавали в полную власть кредитору на тех же условиях.
И впервые в истории Аренга Моран I издал указ об «…обретении вдовами погибших героев прав главы семьи до достижении старшим сыном возраста мужчины и воина если у них нет в Хуторском крае совершеннолетних родственников мужеского пола желающих и способных о них позаботится». До сих пор женщины на Аренге экономической самостоятельности не имели и всегда были при… В крайнем случае при Королевском Попечительском приказе. Даже благородные, хотя при наличии детей мужского пола дворянки становились регентшами до их совершеннолетия или нового замужества. Но несмотря на полное бесправие женщин отношение к ним было… приличным. По крайней мере, с виду. От соседского любопытства ни один забор не спасёт…
…Несмотря на большую площадь и вполне приличное население Хуторского Края, его Глава был всего лишь управляющим, даже безземельные бароны не больно зарились на такую должность и герцог д'Эрньи, когда король небрежно повелел ему подобрать управляющего, вспомнил, можно подумать он забывал об этаком проныре, о папаше Литара. На взгляд Его Высокородия, богатый купчина с весьма беспокойным краем управится лучше любого безземельного высокородия. И не забудет оказанной милости. Пограничники Главе напрямую не подчинялись, но если и были среди их командиров благородные, то весьма захудалые, большей частью нетитулованные и давно приученные жизнью ценить человека за дела, а не за высокородство папаши. Потому сосуществовали неплохо. Коронных же войск с баронами-капитанами да графами-полковниками в Приграничье не было. О чем беседовали отец и герцог, Литар так никогда не узнал, но Приграничным Краем управлял вот уже второй десяток лет именно он. Наставников-соглядатаев папаша убрал уже на второй год. Организовал кумпанство «Литар-старший и сыновья».
Второй бокал торейнского расслабил и поднял настроение. И Литар некоторое время с удовольствием вспоминал сколько земли удалось подгрести под себя в первые пять лет. Деньги на строительство выдавались из расчета устроенных земель, а кому в Приграничье строить, пахать да сеять. Мужики то на полях да дорогах легли. Хорошо у кого баба что та лошадь или сыновья старшие уже в силу вошли. Да и воинский налог денег или людей требует. Литар-старший, что называется, перетер тему с д'Эрньи заранее и Марривия в одночасье потеряла несколько тысяч крепких мужиков уведённых полоном во время Последней Войны, ну а герцогский казначей получил некое число невзрачных но тяжёлых мешочков из мягкой, но крепкой кожи… Большую часть полонённых семей, а кому из герцогских вояк могло прийти в голову считать баб с детишками, потешились разве что, Литар продал на новом рабском рынке. Такой товар был в цене и разлетелся за подъемные словно горячие пирожки. Сейчас бывшие Марривийские сервы «помогали» вдовам-переселенкам пахать, сеять, строить и… размножаться. Кто-то из вдов вполне самостоятельно пристроился второй-третьей женой. Кому-то повезло несказанно повезло отхватить вдовца.