Не из тех провинциалок, что без Столицы никак и готовы покорять ее любыми методами, просто больно уж учиться в Мухосранске не хотелось. Цеплялись изо всех сил, да только наши зубки с коготками еще в прошлом году изрядно подзатупились. Повезло прорваться на бюджетное отделение, но родительских связей хватило лишь на условно честные экзамены. За первый курс дошло — на стипендию и домашние переводы не прожить, год продержались на чистом упрямстве и то хорошо. Добрые подружки объяснили как можно подработать и что умненькие девушки имеют куда больше возможностей, чем сильные, но глупые мальчики. Показали к кому обратиться. А добрый дядя-препод намекнул, что хоть на кафедру после первого курса нельзя, зато в койку можно, — Лена задохнулась от злости.
— То-то он твою задницу так пламенно оглаживал, когда вы в курилке стояли, — съязвила Ольга. Она уселась в кровати и перегнувшись через меня насмешливо передразнила:
— Деточка, на работу вам можно лишь в следующем году, но, я читаю очень сложный материал и индивидуальные занятия, особенно таким красивым девушкам просто необходимы… — а сам того и гляди, платье сдернет вместе с трусами…
— Твой козел, можно подумать, лучше…
— Цыц, сучки, — я сгреб Ольгу, перевалил через себя и навалил на забарахтавшуюся Лену. Ольга пискнула от неожиданности, но тут же сориентировалась и полезла целоваться, одновременно пытаясь отбрыкаться от подруги, которая весьма энергично выкарабкивалась из под навалившейся на нее тушки.
Набарахтавшись решили продолжить праздник жизни на кухне. Предложение потесниться в душе я проигнорировал, секс под упругими струями — это классно, но однозначно требуется продолжение в постели… да и места на троих маловато. Но в душе задержался, требовалось подумать. Дверь осталась приоткрытой и сейчас я медленно одеваясь разглядывал обеих подружек в огромном коридорном зеркале.
Ольга.
Чуть выше моего плеча. Собранные в хвост, слегка вьющиеся темно-каштановые волосы, едва касаются лопаток, слегка прикрывая узенькие плечи. Тонкая талия, переходит в крутые бедра с аппетитными круглыми ягодицами, на которых пока ни капли целлюлита, спортивные, но не перекачанные стройные ножки. Она споро строгала какой-то салатик из того, что нашлось в огромном холодильнике. Стандартный халатик случайной подруги холостяка — только что снятую мужиком рубашку — первой ухватила Лена, а Ольга предпочла чистой, но безликой одежке из шкафа полный кухонный фартук. Сейчас, совершенно обнаженная со спины, босиком на теплом плиточном полу, выглядела она просто великолепно, совсем не нуждаясь в высоких каблуках.
Словно для сравнения, возле плиты настороженно следит за кофейной туркой Лена.
Ростом чуть выше подруги. Натуральная блондинка, волосы, как у Оли, до лопаток и вьются также. Живое, блестящее высокопробное белое золото, они не терялись даже на фоне белоснежной рубашки. Совершенно иная фигура — чуть широковатые для девушки плечи, худые, но не тощие стройные, слегка расставленные бедра смотрелись сейчас весьма зазывающе под едва прикрывающим их «халатиком». На нежном лице мелкой лепки с тонкими чертами темные огромные глаза почти всегда прикрытые длинными густыми ресницами. Стоит Ленка ко мне спиной, но руки прекрасно помнят нежность невысоких полушарий с большими темными сморщенными, словно изюм, сосками.
Как они восхитительно наполняли ладони… Напрягшиеся соски топорщились выворачиваясь между пальцами. И ровные зубки, прикусившие от сладкой боли слегка распухшие губы…
Я мотнул головой отгоняя воспоминания. Не время, и сосредоточился на длинных музыкальных пальцах сжимающих ручку турки. Светлые волосы завораживающе контрастировали со смуглым телом восточного типа.
Нет, перед серьёзным и весьма непростым разговором стоит найти другой объект для разглядывания. Усилием воли отрешился от прежних мыслей и взглянул на девчонок оценивая их абсолютно с другой стороны.