Закончить он не успел. За спиной зашумел очухавшийся Григ, ему показалось мало. Бывший ополченец постояв на четвереньках мотая головой, внезапно взревел, вскочив на ноги, и бешеным носорогом попер на обидчика. Разъяренная гора мяса несущаяся навстречу впечатляла. Это же надо! И как такой идиот ухитрился выжить на средневековой-то войне? Там в окопе не отсидишься. Прикинув направление атаки, Алекс сместился вправо, но даже это оказалось лишним. Григу фатально не повезло… С мозгами. Переть дуром по свежей вырубке чревато, ветка ли под ногой сыграла или пенек не там вырос, но Григ не добежал всего пару метров. Внезапно его ноги заплелись и хуторянин навернулся так, что аж гул пошел. Чужак подошел к лежащей на земле туше и пнул животное в солнышко. Поток ругани мгновенно оборвался. Выпученные глаза и широко раззявленный рот, на мгновенно покрасневшей роже. Задохнувшись, Григ пытался втянуть хоть глоток воздуха в разом опустевшие легкие, когда грубый сапог воткнулся ему в пасть выбив зуб и превратив губы в кровавые оладьи. На долгую память, сколько можно воспитывать словами тупого барана. Как там народ говорит? Не стоит метать жемчуг перед свиньями…
Зря хуторяне посчитали Алекса тупым горожанином. Интернет, телеящик, радио видеоплееры книги, наконец. В башке попаданца скопилось столько информационного мусора, что иные задачи решались словно пазлы — прочел условие и тут же картинка-ответ. Потом, покопавшись в памяти, можно конечно восстановить цепочку ассоциаций, интерполяций и прочих — аций, но кому оно надо? Под его командой и одноколки установили возле штабеля, и веревки крепежные правильно подготовили. Совместными усилиями они одерживая, аккуратно скатили два бревна и увязали их веревками. Лесорубы пытались ограничиться одной заготовкой, но Алекс не влезая в спор отвесил слишком говорливому Ларгу подзатыльник от которого тот протаранил лбом штабель и погрузка продолжилась. Конечно их лошадки далеко не тяжеловозы, а лесная дорога мало похожа на земной хайвей, но мотаться по лесу лишнего оставляя хутор на одну Рьянгу Алексу не хотелось. Хорошо хоть догадался и приказал копать не снимая ворот.
Отдышавшийся Григ угрюмо сверкая заплывшими глазами уселся чуть в стороне от штабеля. Взглядов Алекса он вроде не замечал. Оставив мужиков крепить второе бревно, Алекс подошел и остановился напротив сидящего. С минуту они молча мерились взглядами, потом Чужак коротко врезал упертому мужику ногой в грудину. Не ожидавший удара Григ повалился набок. Алекс шагнул и вытирая подошву о сальные космы вдавил ногой его голову в прелую хвою. Подождал пока раб захрипит и спокойно проговорил:
— Не зли меня, животное, размажу, закапывать нечего будет.
Лошадей Чужак запряг по-своему, с внешней стороны оглоблей, а сами оглобли связали двумя поперечинами. Мужики хоть и косились, но молчали. Алекс особо не переживал, попробуем, увидим, переделать никогда не поздно, зато упираясь в толстые жерди перемычек, двуногие могли в дороге неплохо помочь четырехногим. Так и доперли почти две тонны до хутора. Работали все четверо, без дураков, умотались, но дошли за те же три часа.
Разбитая морда Грига особо никого не удивила, хмурых потных мужиков не расспрашивали, сами же они молчали, а интересоваться у хозяина, кто и за что разбил рабу морду дурных не нашлось. Шейн вкалывал как стахановец, он расковырял ломом верхний спрессованный слой земли и сумел выкопать узкую, не более полуметра, канаву в половину своего роста. Земля внизу шла хоть и каменистая, но много мягче верхней. Такими темпами завтра к обеду траншея будет готова. Сгрузили бревна, не спеша напились и ополоснулись остатками воды в деревянном ведре. Устроились отдохнуть. Понятливая Рина поймала взгляд хозяина и шустро смотавшись на летнюю кухню приволокла новенькое деревянное ведро с кашей щедро приправленной жаренным с черемшой салом и вареными кусочками оленины. Помедлила и получив насмешливый кивок добавила спрятанный за спиной кувшин с кислым прошлогодним вином. Пока мужики достав из-за голенищ ложки неспешно, форс дороже жизни, устраивались вокруг котелка, умничка метнулась к хозяину, подождала пока он усядется на только что разгруженных бревнах и примостилась на коленях напротив него. Почему то покраснев, протянула глиняный горшок с широким горлом плотно закрытый деревянной крышкой-пробкой. Содрав ее, Алекс обнаружил ту же кашу, но обильно политую густой, пахучей и острой мясной подливой. Еще в небольшой холщовой сумке нашелся кувшинчик с холодным горьковатым ягодно-травяным отваром и кусок еще теплого хлеба с сыром. Последним сокровищем оказалась чистая ложка, завернутая в кусок тонкой кожи.