— Ну, было дело, — заговорил Карсон. — Я соскользнул на целый ярд. Теперь подождите. Я должен выкопать новые ямки для упора. Если бы лед так не крошился, Мы бы давно уже выбрались.
Держа правой рукой столь необходимую для Кита веревку, он левой дробил лед. Прошло десять минут.
— Теперь я скажу, что я сделал, — закричал Карсон. — Я рядом с собой вырубил ступеньки для вас. Я буду полегоньку подтягивать веревку, а вы ползите вверх, но не торопитесь. Раньше всего отвяжите ваш мешок. Поняли?
Кит кивнул головой и с бесконечными предосторожностями стал расстегивать державшие мешок ремни. Движением плеч он сбросил его, и Карсон видел, как мешок исчез в пропасти.
Пять минут спустя борьба началась снова. Кит вытер руки о рукава и, цепляясь за лед, прижимаясь, распластываясь, — полез вверх. Веревка подтягивала его, без нее он не мог бы проползти и вершка. Несмотря на силу своих мышц, он не мог, подобно Карсону, не скользить. Ему мешали лишние сорок фунтов. Он уже прополз треть пути, когда веревка стала ослабевать. Он двигался все медленнее и медленее. Остановиться здесь было негде. Но ему пришлось, остановиться, несмотря на все его усилия, и он почувствовал, что снова скользит вниз.
— Я не могу удержаться! — крикнул он.
— Я тоже! — сквозь зубы прохрипел Карсон.
— Так отпустите веревку!
Веревка натянулась в последний раз, потом Кит начал скользить быстрее и пронесся мимо того места, где он удержался в прошлый раз. Он видел мельком, что Карсон перевернулся и пытается справиться с тягой вниз. К удивлению Кита миновав ледяной выступ, он не упал в пропасть. Веревка держала его, он все медленнее скользил по крутому скату и, наконец, остановился перед новым бугром. Карсона, который теперь держался ка прежнем месте Кита, он совсем потерял из виду.
— Уф! — прохрипел Карсон.
Последовало несколько мгновений тишины, и веревка снова зашевелилась.
— Что вы делаете? — спросил Кит.
— Копаю ямки для рук и ног, — последовал ответ. — Подождите. Я вытащу вас сюда в мгновение ока. Не обращайте внимания на то, как я говорю. У меня немного расходились нервы. А так я еще хоть куда. Подождите, и вы увидите.
— Вы держите меня на весу, — Сказал Кит. — Кончится это тем, что вы упадете вместе со мной. Перережьте веревку. Послушайтесь меня. Какой смысл в том, что мы оба погибнем? Вы — самый замечательный человек из всех человечков, когда-либо живших на земле. Вы сделали все, что было в ваших силах. Перережьте веревку.
— Молчите, Теперь я буду делать такие глубокие ямы, что можно будет втащить наверх упряжку лошадей.
— Вы меня достаточно тащили, — настаивал Кит. — Отпустите.
— Сколько раз я вас вытаскивал? — раздался суровый вопрос.
— Много, очень много. И всякий раз соскальзывали сами.
— За это время я многому научился. И я буду тащить вас до тех пор, пока не вытащу. Ясно? Ну, так молчите, я занят.
Наступила тишина. Кит слышал звонкий стук ножа, рубившего лед, и маленькие льдинки осыпались на него. Ему хотелось пить, и он стал ловить их ртом, вцепившись руками и ногами в скользкую поверхность ската.
Вдруг он услышал вздох, потом стон и почувствовал, что веревка ослабела. Он посмотрел вверх и увидел нож, который скользил прямо к нему острием вперед. Он задержал его своей щекой и содрогнулся от боли, прижал крепче и почувствовав, что нож больше не скользит.
— Я — осел, — пронесся над расселиной жалобный вопль.
— Успокойтесь, я поймал нож, — ответил Кит.
— Да что вы? Подождите! У меня в кармане бечевка. Я кину ее вам, и вы мне вернете нож.
Кит не ответил. В голове у него вихрем кружились мысли.
— Эй! Вы! Держите бечевку. Скажите мне, когда поймаете.
Маленький перочинный ножик скользил по льду на конце бечевки. Он служил грузом. Кит поймал его зубами, открыл большое лезвие и потрогал, достаточно ли оно остро. Затем привязал к концу бечевки большой нож и крикнул:
— Тяните!
Напряженно следил он за движением ножа. Но он видел не только нож — он видел маленького человечка, перепуганного и непоколебимого, стучавшего от страха зубами и твердо делавшего свое героическое дело. После встречи с Малышом, еще ни один человек не становился ему другом так скоро, как этот.
— Все обстоит отлично! — услышал он сверху. — Теперь мы в два счета выберемся отсюда.
В голосе Карсона звучало мучительное усилие сохранить бодрость и надежду, и это заставило Кита решиться.
— Послушайте, — твердо сказал он, тщетно стараясь отогнать образ Джой Гастелл. — Я послал вам нож, чтобы вы могли выбраться отсюда. Я перережу веревку перочинным ножиком. Пусть погибнет один, а не оба. Поняли?
— Оба или никто, — сурово произнес дрожащий голос. — Если вы продержитесь еще одну минуту…
— Я и так держусь уже слишком долго. Я холост. Меня не ждут ни очаровательная худенькая жена, ни дети, ни яблони. Бросайте все и ползите наверх.
— Подождите! Ради бога, подождите! — завопил Карсон. — Вы не смеете перерезать веревку! Не лишайте меня возможности вытащить вас. Успокойтесь, болван вы этакий. Я вас вытащу. Вот видите. Я копаю такие дыры, что в них может поместиться дом с амбаром.
