Хватайка полностью

– Ирвин говорил, что вы, ребята, собирались вчера в торговый центр, – продолжила она, дав Оскару множество шансов не соврать. Она открыла все двери, ведущие к правде, и предложила Оскару пройти через них, ответить честно. Она словно упрашивала его не разочаровывать её.

Но Оскар должен был защищать уже не только себя. Оскар втянул в это ещё и Раджа с Айзеком. Так что он принял решение: разочарует маму, но спасёт друзей.

– Это, наверное, случилось ещё до того, как мы пришли, – сказал Оскар, потом пожал плечами, поставив точку в конце лжи.

Мама Оскара так долго на него смотрела, что он даже подумал, не сможет ли извиниться, вообще не произнося ни слова. Он надеялся, что мама и так всё услышит. Но вместо этого она просто отвела взгляд, допила кофе, сложила газету и бросила её в мусорную корзину, так больше ничего и не сказав.

Оскар ещё никогда не чувствовал себя таким маленьким и беспомощным. Он провёл весь день дома, не отвечая на звонки Раджа и притворяясь, что не слышит, как Айзек стучит в дверь. Он лежал в кровати и смотрел в вытаращенные глаза Плюштрапа, а тот смотрел на него.

– Ты хуже, чем просто бесполезный, – сказал ему Оскар.

А может быть, не ему, а себе.

Следующие несколько дней прошли как в тумане, и в конце концов Айзек и Радж всё-таки зажали его в углу в столовой.

– Слушай, если ты одержим, мы всё поймём, слышишь? – сказал Айзек. – Моргни два раза, если тебе нужна помощь.

– Серьёзно, чувак. Если ты в ловушке, мы тебе поможем, – добавил Радж, кивая вместе с Айзеком.

– Я не одержим, – ответил Оскар, но не смог заставить себя улыбнуться.

– Чувак, если ты всё ещё переживаешь из-за той фигни с Плюштрапом… – начал Айзек. «Забавно он говорит о преступлении», – подумал Оскар.

– Дело не только в этом, – сказал Оскар, и Радж с Айзеком замолчали.

Оскар подумал, что они, скорее всего, всё поняли. Они уже достаточно долго дружили, чтобы заметить, что на обуви Оскара не бывает брендовых логотипов, а портфели он меняет не каждый учебный год, а раз в два года.

– Технология первого поколения всегда отстойно работает, – сказал Радж. – Накопим на второе поколение. Они как раз успеют подрихтовать все баги.

Айзек кивнул, и Оскару в самом деле стало лучше. Они его не ненавидят. Он лишился мамы и Плюштрапа, но вернул себе двух друзей. Всё вроде потихоньку приходит в равновесие. И, наверное, именно поэтому следующую фразу ему оказалось так тяжело произнести:

– Я должен отнести его обратно.

Айзек приложил ладонь ко лбу, а Радж просто закрыл глаза. Они явно это предвидели.

– Прямо с этими глазами и зубами? – спросил Радж. – Да ладно, чувак, забей уже.

– Не могу. Мама знает.

Они оба уставились на него.

– И ты до сих пор жив? – удивился Айзек.

– Ну, она не сказала, что знает, но она знает, – проговорил Оскар.

– И чем это тебе поможет? – спросил Радж. – Игрушка не работает. Денег мы лишились. И ты серьёзно хочешь отвечать на вопросы по поводу этих… гм… «модификаций»?

Радж и Айзек огляделись, чтобы убедиться, что никто не подслушивает.

Оскар понял его. Сознаться в воровстве и без того плохо, но… Радж прав: он совершенно не хотел отвечать на какие-либо вопросы по поводу странных человеческих глаз и человеческих же зубов.

«Что всё равно невозможно», – повторил про себя Оскар, хотя так и не набрался смелости, чтобы самому потрогать эти глаза. А вчера вечером – он готов был поклясться! – эти глаза следили за ним, пока он ходил по комнате.

Он отмахнулся от этой мысли.

– Дело не в этом, – ответил Оскар.

Раджу и Айзеку нечего было ответить – они знали, что он прав. Дело не в деньгах и не в игрушке. А в том, что он её забрал. Оскар был не из тех, кто забирает. Да и его друзья тоже.

– Вам, ребята, идти со мной не надо, – сказал он. – Это я его украл.

Но Радж и Айзек вздохнули и опустили глаза, и Оскар понял, что сегодня днём пойдёт в торговый центр не один. Друзья будут с ним.

– Ты идиот, – сказал Айзек.

– Знаю.

На обратном пути к торговому центру коробка почему-то казалась тяжелее, чем раньше. Может быть, всё из-за денег, которые они на неё потратили?

– Что, если мы опять наткнёмся на тех охранников? – спросил Айзек, и они остановились прямо у дверей восточного входа.

Радж покачал головой:

– А что они сделают? Арестуют нас за то, что мы вернули украденное?

– Хорошо подметил, – сказал Айзек, и они продолжили медленно идти в сторону «Эмпориума».

Но «Эмпориума» на привычном месте не оказалось.

– Что? – прошептал Оскар, прочитав и перечитав надпись, сделанную большими оранжевыми буквами над стеклянными дверями, которые раньше были жёлтыми.

– Мы что, ошиблись со входом? – спросил Радж, но они все знали, что это не так.