— Сказали, лабрадор. — Джим Тайл дотянулся до фляги и сделал большой глоток. — Дело в том, что губернатору Артемусу кровь из носу нужно, чтобы мост был построен...
— Мне-то что...
— ...и он хочет, чтобы ты выследил и задержал этого смутьяна при первой же возможности. Пожалуйста, не смотри на меня так.
— Я не наемный охотник, — сказал Сцинк.
— Знаю.
— Больше того, Дик Артемус мне нужен, как слону геморрой. Клал я с прибором и на него, и на мост. Вот только жалко, что псину уродуют. Так что, мой большой черный друг, — Сцинк спрыгнул с капота гоночной машины, — можешь возвращаться в Таллахасси и передать от меня губернатору, чтобы засунул в задницу свои пожелания. Неоднократно и без смазки.
— Не спеши. — Полицейский достал из кармана промокший от пота коричневый конверт. — Он просил тебе передать. Сказал, это повлияет на твое решение. Боюсь, он прав.
— Что это?
— Сам посмотри.
— Ты уже заглянул?
— Естественно.
В конверте лежал один лист, на котором досточтимый Ричард Артемус благоразумно не проставил свое имя. Сцинк молча дважды прочитал бумагу. Потом сказал:
— Может, эта сволочь блефует?
— Может, и так.
— С другой стороны... — Сцинк задумчиво посмотрел на заросли мангровых деревьев, за которыми слышался шум волн на коралловых рифах. — Черт побери, Джим.
— Да уж.
— Получается, ничего другого не остается.
— Пожалуй, да. Иначе тебе не знать покоя.
— И что теперь?
— Отведи меня к лодке, черт его знает, где я ее оставил. Доберусь до «Океанского Рифа» и сделаю несколько звонков. Вечером встретимся у «Последнего Шанса», часов в десять.
— Ладно. — Теперь Сцинк казался постаревшим и усталым. Он перебросил через плечо «АК-47» и надел прозрачную шапочку.
— Думаю, сегодня к тебе явится еще один незваный гость, — сказал Тайл. — Сопровождавший меня толстозадый красавчик-охранник. Гейл его зовут. Будет орать, что изнемог от жажды, сожран насекомыми и весь день плутал по лесу, потому что один сумасшедший ниггер-коп бросил его на реке. В остальном он совсем безобидный.
— Я выведу его к дороге.
— Буду весьма признателен, губернатор.
По пути приятели натолкнулись на здоровенного крокодила, зажавшего в пасти голубую цаплю. Тварь разлеглась в камышах на краю соленого озерца, перегородив тропинку массивным рифленым хвостом. Сцинк остановился сам и подал знак полицейскому. Им обоим и в голову не пришло воспользоваться оружием. Они терпеливо подождали, пока рептилия, разбрасывая перья, заглотнет красивую тонконогую птицу.
— Зрелище печальное, но прекрасное, — прошептал Сцинк. — Потому что ни ты, ни я и никто из шести миллиардов эгоистичных человеческих особей не вмешался.
— Честно говоря, совсем не хотелось.
Джим Тайл вздохнул с облегчением, когда крокодил соскользнул по глинистому берегу в озеро. Через двадцать минут мужчины вышли к джонке. Сцинк придержал лодку, пока Тайл в нее забирался. Мотор остыл и завелся только с пятого рывка. Сцинк оттолкнул нос лодки.
— Увидимся вечером.
— Погоди, это не всё, — сказал Джим Тайл.
Мотор чихнул и заглох. Лодку медленно сносило.
— Потом расскажешь, Джим.
— Нет, нужно сейчас. Артемус сказал, что кто-то еще охотится за тем парнем. Нехороший человек.
— Могу себе представить.
— Ты должен это знать. — Полицейский помахал рукой. — Значит, ровно в десять?
— С боем часов, — мрачно кивнул Сцинк.
Он нагнулся, вытащил из-под корней банку «Швепса» и кинул ее в кучу на дне лодки.
— Меткий бросок, — усмехнулся полицейский.
Он дернул заводной шнур, и мотор, икнув, ожил. Сцинк на берегу крутил в руках клювы канюков.
— Я сожалею, Джим. Правда, сожалею.
— О чем, губернатор?
— О том, что бы ни произошло. Заранее сожалею, — ответил Сцинк и скрылся за деревьями.
Как и договаривались, губернатор Дик Артемус вычеркнул из сметы 27,7 миллиона долларов, выделенных на «реконструкцию шоссе и строительство моста на Жабий (Буревестника) остров». Губернатор также заблокировал выделение средств по следующим статьям: 17,5 миллиона на строительство и развитие «Зала Славы» в Золфо-Спрингсе; 14,2 миллиона на «агрономические исследования» по технологии генетического удаления пупкообразных рубчиков у апельсинов-навелей; 2,6 миллиона на восстановление имитирующего приливную волну аттракциона «Водотрясение», принадлежащего дяде сенатора от штата и разрушенного в результате подозрительного пожара; 375 000 на программу по разведению в неволе находящихся на грани исчезновения розовобрюхих саламандр, которых осталось всего семь особей (все самцы).
