Она сняла с плеча рюкзак и сбросила его в подвал, потом опустилась на четвереньки и сползла вниз по песку. Высота потолка едва позволяла выпрямиться в полный рост. Кое-где виднелись небольшие ямы – возможно, разведочные траншеи, но более вероятно, что расхититель старинных ценностей не обладал профессиональной подготовкой и копал наугад. Когда глаза Норы привыкли к темноте, она заметила у дальней стены участок, где песок был расчищен. Она направилась в ту сторону и увидела выглядывающие из песка череп и предплечье.
– Ну, что скажешь? – спросила у нее из-за спины Кори.
Нора ответила не сразу. Ее охватило дурное предчувствие.
– Работа предстоит нелегкая. Чтобы извлечь тело как подобает, нужно убрать из подвала весь песок, а его здесь немало. – Она помедлила. – Вряд ли тут можно управиться до вечера.
– А если просто выкопать тело?
Нора вздохнула. Люди понятия не имеют, в чем заключается работа археолога. Все их представления об этой профессии основаны на фильмах про Индиану Джонса.
– Нет, просто выкопать нельзя. Я думала, уж тебе-то это должно быть известно.
Кори, похоже, смутилась.
Нора продолжила:
– Нужно снять грунт до так называемого горизонта – в нашем случае это подвальный пол. Рядом с телом могут обнаружиться личные вещи и другие предметы. Археолог продвигается слой за слоем, а учитывая, что здесь песок, придется делать это с помощью кистей.
– Ты эксперт, тебе виднее.
Голос Кори звучал немного напряженно, и Нора удивилась почему. Наверное, специальный агент Свенсон опять компенсирует недостаток опыта показной уверенностью.
Именно поэтому Нора так не любила, когда на раскопках присутствовали праздные зеваки: все время приходится объяснять, что делаешь и зачем. Однако она сочла за лучшее оставить эту мысль при себе. Теперь ее глаза окончательно привыкли к темноте, и Нора поняла, что можно обойтись без налобного фонаря, так как непрямого света было вполне достаточно. Поставив рюкзак в стороне от тела, она расстегнула молнию и стала доставать инвентарь: светоотражающую ленту, колышки, мерную рейку, совок, кисти, наколенники, маску, сеточку для волос и перчатки из нитрила. Перчатки Нора всегда брала про запас и, натягивая свою пару, кивнула Кори:
– Ты тоже надевай.
– Да, конечно.
Рука у Норы была набита, и она быстро поделила подвал на квадраты, разметила их клиньями и натянула ленту; всего получилось четыре квадрата, каждый площадью один квадратный метр. Она сделала несколько фотографий и начертила получившуюся решетку в блокноте, потом ввела данные в айпад, куда была загружена археологическая программа «Proficio»: Нора пользовалась ею во время таких вот маленьких раскопок. Программа не только зафиксирует все слои и обнаруженные артефакты в трехмерной системе координат, но и занесет их в базу данных с функцией поиска.
Нора достала кисточку средних размеров, опустилась на колени и принялась счищать песок с черепа. Обработав редкие волосы, она начала открывать лицо. На черепе сохранилось много засохшей плоти, и вскоре Нора убедилась, что перед ней действительно мумия, сохранившаяся благодаря высокогорному воздуху и дыханию пустыни. Вдобавок мумия оказалась хрупкой. Ошметки плоти едва держались на костях, поэтому работать следовало с максимальной осторожностью. Нору снова посетило дурное предчувствие. Что и говорить, задача непростая. Она смахивала песок медленно, стараясь ничего не повредить и время от времени отрываясь от работы, чтобы сфотографировать мумию.
Дюйм за дюймом, и наконец лицо было полностью открыто.
– Ничего себе! – воскликнула Кори, стоявшая у нее за спиной. – Ты только посмотри на него! Должно быть, сильно мучился перед смертью.
Нора тоже была ошеломлена. Смерть этого человека была ясно написана у него на лице: рот широко открыт в беззвучном крике, коричневый язык, покрытый пятнами, похож на сушеный сморчок, потемневшие зубы ощерены, иссохшие губы искривлены в гримасе боли и ужаса.
Нора работала с останками еще час, потом села на корточки и взглянула на часы. Почти два. Несмотря на весь ужас этой работы, она почувствовала, что проголодалась и хочет пить.
– Может, пообедаем? – предложила она Кори.
– Давай.
Нора медленно выпрямилась, чувствуя, как скрипят ее кости. Взяв свой обед, она выбралась из подвала на яркое солнце, устроилась на упавшей балке и достала большой сэндвич с ростбифом, который сделал ее брат Скип, – они жили в одном доме в Санта-Фе, и почти вся готовка была на нем, а взамен Нора делала ему послабления по квартплате.
Откусив кусок, она взглянула на Кори. Та стояла в стороне, глядя куда-то вдаль.
– А ты обедать не будешь?
– Нет, – выпалила та. – Я… э-э… на диете.
Нора уставилась на ее стройную фигуру:
– То есть ты забыла взять с собой еду. Я угадала?
– Ну… Вообще-то, да, но ты за меня не беспокойся, я не голодна. Просто в последнее время я немного рассеянная. На работе столько всего навалилось.
Нора взяла верхнюю половину сэндвича, сочившуюся майонезом и соусом с хреном, и протянула Кори:
– Вот, держи. Мне все не осилить.
Немного поколебавшись, Кори взяла угощение и села.
