Хвостатый эффект полностью

— Кхм. Тем не менее. К сожалению подавить изначальную личность прототипа полностью не получилось. Но это скорее побочный эффект, который можно будет исправить в последующих версиях. В частности у Объекта 2. Я готовлю отчёт для Призрака, и завтра мы проведём тренированный бой, чтобы показать, на что способен мой прототип. Профессор Харрисон предложила добавить в системы последующих моделей тактическую маскировку и назвать этот проект «Фантом». Я не против: звучит лучше, чем «Доппельгангер».

К аудиозаписи был прикреплён видеофайл, открыв который Алисия увидела саму себя, с улыбкой играющей с куклами, находясь в стеклянной камере. По обстановке было видно, что ей всё же оформили хоть минимальные удобства, а некоторым она приветливо махала рукой, улыбаясь.

— Запись 371: Это ужасно! Проклятый Альянс атакует комплекс! Вся работа насмарку! Чертовы военные дубы! Но не это страшно. Наш человек сообщил, что в комплекс зашел Объект! Она здесь! Лично! У нас нет другого выхода, кроме как проверить наш прототип в бою против… Оригинала. В поведенческие ограничители были введены команды на захват оригинала хотя бы живой, это уже будет хорошим козырем в разговоре с Призраком. А я пока буду готовиться к эвакуации… Заметка для себя, забрать данные с этого терминала перед уходом.

Когда запись закончилась, Алисия стояла как соляной столп, и Ричард просто боялся к ней прикоснутся. Ожив, она трясущимися руками сорвала с себя шлем, оперившись руками о стол и глубоко задышала, а еле сдерживаемые эмоции выплёскивались небольшими вспышками биотики.

— Дженкинс, — прохрипела она, — скачай всё, что сможешь с этих терминалов, мой инструментрон сдох.

— Да, конечно, — очнувшийся Лерой принялся за дело, пока Хакетт пыталась отдышаться и осознать, что она только что услышала. В то время, как первичная растерянность отступала, вместо неё приходила ненависть. К Церберу, к учёным, что мучили тут подопытных, к Призраку, который готов пойти по трупам ради какого-то иллюзорного господства человечества. А ещё жалость к той, кого они назвали прототипом, и что-то странное — новое для неё. Она подняла глаза на свою копию.

— Нет. Ты не копия, не клон, не объект, — прошептала она себе под нос, — сестра. И я вытащу тебя отсюда, даже если придётся поубивать всех, кто встанет у меня на пути!

Дверь с тихим шипением открылась пропуская внутрь седовласого учёного. Бормоча что-то себе под нос он не сразу заметил незваных гостей, — о боже! Кто вы такие? Что вы тут делаете?! — в страхе запричитал он. А увидев Алисию побледнел до такого же цвета, какими были его волосы, — Объект?

В ответ глаза Алисии распахнулись до максимально возможных размеров, она вспыхнула словно факел и схватила вбежавшего учёного в захват, — ОБЪЕКТ?! Я НЕ ВЕЩЬ! Я — АЛИСИЯ ХАКЕТТ! — взревела она, — молись тому кому ты там служишь, кусок дерьма. Я распотрошу тебя, как ты это делал в другими!

Не давая старику упасть Хакетт заставила того отлевитировать через шлюз к столу, за которым учёные проводили вскрытия, и приковала кандалами.

— Нет. Не надо! Вся моя работа! Всё было нацелено на улучшение людей! Ради блага всего человечества! — даже сейчас он пытался доказать что-то. Он не молил о пощаде, не извинялся, не раскаивался, — отпусти меня, сумасшедшая! Я могу сделать нас сильными! Ты сделаешь всех сильнее! Отпусти, кому говорят!

— Ты безумен, — оскалившись сквозь зубы прошипела та, — подвергнуть бы тебя всему тому, что пережил твой «прототип» и другие подопытные. Но я не животное, в отличии от тебя. Да и руки марать о такую падаль… — договорить она не смогла из-за удушающей ненависти и активировала разделку.

Лаборатория наполнилась криками агонии и боли, проклятьями и попытками остановить. Но механические руки не знали пощады, а Алисия была сейчас не лучше машины.