— Д-да, — Амиас даже несколько растерялся от неожиданности — не часто благородные шииссы изъявляют желание ужинать за одним столом с простыми вояками, — конечно.
Он засуетился, освобождая место для шииссы ШиВар, пододвигая ей стул и одновременно страшно сверкая глазами в сторону своих вояк, чтобы те поумерили свой пыл и не ляпнули чего непристойного в присутствии благородной шииссы.
— Не стоит так нервничать, — мило улыбнулась Анна. — Я не стесню вас нисколько. Поем и поднимусь к себе.
Служанка принесла поднос, споро выставила тарелки и миски на стол и Анна принялась за еду. Она не смотрела по сторонам и потому не заметила, как внимательно рассматривал ее тот самый путешественник, который, наконец, справился с кашлем. Он буквально прожигал ее взглядом, заодно оценивая воинов из отряда шесса Ранно.
Воины тоже не осматривались по сторонам, поскольку были смущены присутствием благородной шииссы. Они даже есть боялись и уж тем более — разговаривать.
— Шесс Ранно, — обратилась к командиру отряда Анна, после того, как закончила трапезу. — Тетушка настаивает на том, чтобы покинуть это заведение завтра утром. Проследите за тем, чтобы все было готово к отправлению.
— Шиисса, — простонал Амиас, — это самоубийство. Дождь валит как из ведра, дороги размыло. Мы загрязнем еще на выезде со двора.
— Пусть так, — вздохнула Анна. — Но переубедить тетушку нет никакой возможности. Она твердо намерена продолжить путь, и не желает и слышать ничего о том, чтобы задержаться здесь еще хотя бы на день. Я рассчитываю на то, что вы проследите за тем, чтобы все было готово, — Анна поднялась и присела перед мужчинами в легком реверансе. Нарушение приличий — ну так что ж с того, кто здесь попеняет ей на это?
Покинув своих спутников шиисса ШиВар направилась к лестнице. По пути она вдруг обернулась, словно позабыла что-то сказать воинам и застыла на месте, случайно встретившись взглядом с мужчиной, что сидел неподалеку от того столика, где она ужинала в компании воинов. Этот взгляд обжег ее. Анна вздрогнула, неприлично разглядывая незнакомца. Довольно красив, высок и широкоплеч. Очевидно военный или гвардеец. Но одежда простая, без нашивок или гербов. Да и роскошью особой не блещет.
«Простолюдин» — мелькнуло в мыслях у Анны, пока она тщетно пыталась взять себя в руки и отвернуться.
По губам незнакомца скользнула неприятная усмешка и шиисса почувствовала, как щеки ее заливает краска.
«Кошмар какой! — мысленно воскликнула она. — Стою здесь и пялюсь на совершенно незнакомого мужчину. И где мои манеры? Где мое воспитание? Не мудрено, что вы в свои-то годы все еще не обзавелась ни мужем, ни детьми. Веду себя, словно тетушка Полин».
Воспоминания о Полин заставили Анну встряхнуться и взять себя в руки. Она гордо распрямила плечи и отвернулась, вознамерившись продолжить свой путь. Начала подниматься по лестнице на второй этаж, надеясь про себя, что ее уход не выглядит со стороны бегством, и она смогла удержать лицо и не выглядеть безмозглой курицей перед этим незнакомцем.
Уже в комнате, готовясь ко сну, Анна поймала себя на том, что думает о странном незнакомце, обжегшем ее взглядом. Это было неправильно, неприемлемо, недопустимо. Решительно тряхнув головой, шиисса ШиВар выбросила глупые мысли из головы. Набросив на плечи халат, вытертый от времени, но все еще теплый, решила перед сном проведать Полин. Ее обязанности компаньонки предполагали выполнение различных несложных поручений. А вдруг тетушке что-нибудь понадобиться перед тем, как отойти ко сну?
Приоткрыла дверь и выглянула в коридор.
Каково же было ее удивление, когда она увидела, как в покои к шииссе Амодири входит тот самый незнакомец, взгляд которого тревожил ее весь вечер.
— Чего и стоило ожидать, — хмыкнула Анна, не удивленная таким поворотом — она слишком давно жила под одной крышей с Полин и была прекрасно осведомлена о том, что ее «тетушка» никогда не упускает возможности завести интрижку. — Наверное, один из ее любовников. Ну что ж, по крайней мере, стоит надеяться на то, что Полин неплохо проведет эту ночь, и завтра с утра не будет доставать всех своим нытьем и придирками.
Захлопнув собственную дверь, Анна забралась в кровать и натянула одеяло до самого носа, твердо вознамерившись уснуть и проспать до самого утра.
Только вот почему-то душу жгла обида, и неприятно было сознавать, что красавец-мужчина, так бесцеремонно разглядывающий ее внизу, проведет ночь в объятиях Полин.
Рейджен расположился в общем зале постоялого двора, сделал заказ. Ему надо было подумать. О многом. И самое главное о том, что делать и как размотать тот клубок, в который угодил Кристиан.