— Это надо запретить… — рыкнул Кристиан. — Все эти юбки… чулки… кружева… Это же ужас что такое.
— Издайте указ, — выдохнула Кьяра, занятая тем, что стаскивала камзол с широких плеч мужа. Пуговицы на его рубашке были мелкие и скользкие и… они брызнули в разные стороны, когда она слишком сильно рванула ткань, веселым перестуком полетели на пол.
— Так и поступлю… обязательно…
— И вас предадут анафеме… ох… — Кьяра выгнулась, когда нетерпеливые губы мужа скользнули по ее оголенному плечу… — сожгут на костре, как… о, нет!..
Она забыла, что хотела сказать, потерялась в ощущениях, растворилась в яркой вспышке страсти, что захватила все ее существо.
И не было больше ничего и никого, кроме них двоих. И не было дела до того, что под спиной жесткая и неудобная деревянная столешница, и край ее больно впился в поясницу. И не волновало, что в кабинет может зайти кто-нибудь посторонний.
Как не было сомнений о том, что подобное поведение недопустимо для замужней шииссы, что благородные дамы не предаются пагубной страсти в рабочем кабинете собственного мужа с этим самым мужем на пару…
Ушли все страхи, печали растворились в ощущении счастья. Тревоги забылись.
— Вы все это специально, — выдохнула Кьяра, приподнимаясь на локтях и пытаясь одернуть вниз неприлично задранные юбки. — Чтобы сбить меня с мысли, заставить забыть обо всем и…
— Ммм… — граф склонился над супругой, захватывая в плен поцелуя ее губы.
Поцелуй был сладким и долгим. И Кьяра растворялась в нем, в очередной раз, забывая о реальности.
— Мне безумно приятно знать, что я заставляю вас забыть обо всем, — прошептал Кристиан, отпуская ее губы, но продолжая покрывать короткими легкими, словно дыхание, поцелуями шею и грудь. Ладони его скользили по обнаженной коже, пальцы вырисовывали причудливые узоры на лодыжках, бедрах, поднимаясь все выше, выше…
— Нет, — Кьяра решительно уперлась ладошками в грудь мужа, пытаясь оттолкнуть. — Кристиан, прекратите! Хватит! — она увернулась от очередного поцелуя. — На этом столе жутко неудобно!
Граф рассмеялся, отстраняясь.
— Если все дело в этом…
— Нет… — выпалила Кьяра, — не только. Просто… просто… это неприлично. И вы пригласили гостей к ужину, а теперь…
Граф вздохнул, отстранился, принялся поправлять одежду.
— Да, ужин. Я тоже забыл обо всем.
— Ну, вот, — графиня притворно надула губки. — А теперь я не успею привести себя в надлежащий вид, и все будут знать, чем мы тут занимались.
— Вас это беспокоит? — Кристиан посмотрел на супругу, в синих глазах плясали веселые искорки, но Кьяра почему-то почувствовала, что ему важно услышать ее ответ. Честный ответ.
— Нуу… вообще, да, — она кивнула и закусила нижнюю губу. — Я… это как-то… неприлично выставлять подобные дела на всеобщее обозрение. Не принято демонстрировать то, что происходит в спальне… должно происходить исключительно в спальне и в кромешной темноте.
— Хм…
— Помогите мне встать, — Кьяра протянула руку, ладошкой вниз. — И я все еще жду ответа на свой вопрос, не думайте, что совсем сбили меня с толку своими ласками. Я все помню. Да-да, — она кивнула в подтверждение своих слов и принялась приводить в порядок платье.
— Вопрос? — Кристиан удивленно приподнял одну бровь, но послушно принялся помогать супруге с платьем. — О чем вы спрашивали?
— Не притворяйтесь, вы все прекрасно помните. Почему меня пропустила граница?
— Артефакты, — вздохнул Кристиан, разворачивая ее спиной к себе и принимаясь поправлять платье. — В них заключена магия моего рода, а граница питается этой магией. Потому вы и смогли пройти беспрепятственно и по ту сторону тоже не чувствовали неудобства. Именно из-за них на вас и напала та тварь, что встретилась по дороге из пансиона. Она почувствовала магию Вандоров и не смогла устоять. Это моя ошибка, простите, — Кристиан развернул жену к себе, взял в ладони ее лицо. — Я не подумал об этом и вы едва не погибли.
— Вы же не могли знать, что тварь заберется так далеко. Шесса Морин говорила, что такого не было уже очень давно.
— И тем не менее, мне нет прощения. Из-за моей ошибки, вы едва не расстались с жизнью.
— Хорошо, пусть мне помогли пройти границу артефакты вашего рода, а остальным? На них тоже были артефакты. А шесс Лорне?
— Кровь Вандоров, — просто ответил граф, слегка отстраняя супругу от себя и рассматривая ее со всех сторон. — Идемте, а то нас, в самом деле, скоро начнут искать.
— Что значит, кровь Вандоров? — не сдавалась Кьяра, следуя рядом с мужем.
— Границу может пройти только тот, в ком течет кровь Вандоров, — Кристиан открыл дверь, посторонился, пропуская жену, — в каждом из тех, кто был с нами по ту сторону, она есть. Пусть сильно разбавленная, но есть.
— Они… все ваши кровные родственники? — Кьяра замерла, закусила губу, пытаясь осмыслить все сказанное. Разобраться. Не получалось.
