— Ты такая сладкая, ми ашен, — снова прошептал шиисс, продолжая терзать губами ее соски.
Кьяра коснулась спиной холодной поверхности стола, со всхлипом откинула голову назад. Ее взгляд бессмысленно заметался по комнате, пока не остановился на темной кучке, лежавшей возле кровати. Словно молния пронзила девушку.
Ее Высочество ожидает Кьяру, а она?..
Маленькие ладошки уперлись в мужскую грудь.
— Нет! — на этот раз голос девушки прозвучал уверенно.
И пусть сладострастная дымка еще не рассеялась и желание по прежнему горячило кровь, Кьяра уже была твердо намерена прекратить это безобразие…
Шиисс, однако, не спешил прекращать начатое. Он продолжал покрывать горячими поцелуями грудь Кьяры, чуткие пальцы
вырисовывали замысловатые узоры на нежной коже внутренней стороны бедер.
— Пустите! — изо всех сил Кьяра уперлась ладошками в грудь, склонившегося над ней мужчины, попыталась оттолкнуть.
На удивление, на этот раз шиисс послушался. Отстранился, не спеша однако совсем отпускать девушку.
— Почему? — голос мужчины звучал хрипло, дыхание было рваным, а взор слегка замутнен. — Что не так, малышка?
Кьяра поморщилась от такого обращения и еще раз толкнула мужчину в грудь. Пользуясь тем, что он отшатнулся, ловко соскочила со стола и принялась приводить в порядок одежду. Отголоски страсти все еще будоражили кровь, и острое сожаление пришло так некстати. Хотелось остаться. И это несвоевременное желание напугало девушку. Нет уж!
— Я не принадлежу себе, шиисс, — тихо прошептала Кьяра, опуская ресницы и закусывая нижнюю губу. Такое поведение: тихий голос, немного смущенный румянец и многообещающий блеск в глазах — всегда действовало на приставучих кавалеров. И Кьяра уже давно научилась пользоваться этим. Не раз ей приходилось покидать разгоряченного страстью мужчину, отговорившись своим зависимым положением при дворе и горячо заверив незадачливого кавалера, что они продолжат в следующий раз. Стоит ли говорить, что этот момент так и не наступил до сих пор ни единого раза? — Мне надо спешить.
Мужчина нахмурился, затем протянул руку и прикоснулся кончиками пальцев к ее щеке. Легонько, едва касаясь кожи, обвел линию скул, погладил большим пальцем нижнюю губу, вызывая этой незамысловатой лаской судорожный вздох, а затем, сам принялся поправлять платье. Аккуратно затянул шнуровку, расправился с крючками и отошел, скрывшись на миг в полумраке комнаты.
Кьяра стояла, словно молнией пораженная, смотрела прямо перед собой и не понимала, что это только что было? Ее что, даже уговаривать не будут? Однако.
В следующее мгновение на плечи лег плащ, закутывая девушку, укрывая ее от посторонних взоров. Шиисс даже собственноручно набросил ей на голову капюшон.
— Ты же еще придешь? — он вдруг привлек ее к себе, обхватив одной рукой за тонкую талию, склонил голову, прошептал прямо в губы.
— Да, — выдохнула Кьяра, раньше, чем смогла обдумать ответ.
Шиисс первым выглянул в коридор, удостоверившись, что тот пуст и никто из праздношатающихся по ночам придворных или, не приведи богиня, гвардейцев не околачивается поблизости и не станет свидетелем того, как Кьяра покидает его покои. Уже на пороге, Кьяра обернулась и на миг подавшись вперед, приникла всем телом к шииссу, скользнула ладошками по его груди и быстро прикоснулась губами к губам.
— Жди меня, — прошептала она, — помни обо мне.
И прежде, чем шиисс успел удержать ее, выскользнула из покоев. Поглубже натянула капюшон, придерживая его одной рукой, что бы тонкая ткань не соскользнула и, оглядевшись по сторонам, припустила прочь по коридору.
Неслышной тенью она скользила по коридорам в направлении покоев принцессы, не испытывая ни капли угрызений совести по поводу того, что не сдержит обещание. Встречаться с шииссом Кьяра не собиралась. И пусть кожа все еще хранила память о страстных ласках и поцелуях, а жар в крови давал о себе знать, девушка твердо решила, что на этом их знакомство стоит прервать. Не хватало еще совсем голову потерять и уподобиться шииссе Мальдане ШиХорман, которая меняет любовников как перчатки и к каждому из них испытывает глубокие настоящие чувства. А когда первая страсть схлынет или кавалер окажется не таким, как показался вначале, любвеобильная Мальдане рыдает взахлеб и заламывает тонкие руки,
причитая, что ее сердце разбито и жить больше незачем. И длятся такие истерики до тех пор, пока ее взор не падет на очередного красавца.
Кьяра тихонько вздохнула и на мгновение остановилась, прижимаясь к холодной стене. Перевела дыхание и постаралась успокоиться — мысли о шииссе никак не желали покидать ее голову. И больше всего интриговало то, что девушка не знала, кто он такой. Гость короля — значит очень много и в то же время совершенно ни о чем не говорит. Насколько Кьяре было известно, никаких делегаций ко двору не прибывало, но это еще ничего не значило. Просителей во дворце всегда было достаточно.
