Решительно тряхнув головой, усилием воли заставила себя перестать вздыхать о несбыточном, и почти бегом преодолела последний лестничный пролет. Свернула в правый коридор и уже спустя несколько мгновений приблизилась к покоям принцессы.
Гвардейцы, стоящие на страже по обе стороны от двери не шелохнулись, когда Кьяра появилась перед ними. Стражники
были прекрасно осведомлены о том, что шиисса ШиДаро является доверенной фрейлиной Ее Высочества и имеет полное право появляться в покоях принцессы в любое время дня и ночи.
Не задерживаясь больше, Кьяра тихонько повернула ручку на двери и змеей просочилась внутрь. Оказавшись в приемной гостиной принцессы, огляделась. В камине ярко полыхал огонь, разгоняя тени по углам и даря огромной, богато обставленной комнате ощущение уюта. Ворсистый ковер на полу скрадывал звук шагов, но в этом и не было особой необходимости — в гостиной было пусто. Кьяра сразу нахмурилась, посчитав, что фрейлины, на чью долю выпало дежурство
этой ночью подле Ее Высочества, пренебрегли своими обязанностями, но потом, немного подумав, решила, что вполне может быть, герцогиня АшНавар просто отослала их, что бы избежать ненужных сплетен.
Значит, принцесса все еще ждет ее, Кьяру. И нужно спешить, поскорее принести своей госпоже радостные вести и отдать ей
заветный флакон, надежно спрятанный в потайном кармане плаща. Пройдя через приемную гостиную, Кьяра осторожно приоткрыла еще одну дверь. Ту, что вела в личный будуар принцессы.
Здесь тоже горел камин, освещая обстановку неровным красноватым светом, но в отличие от первой комнаты, будуар не был пуст.
В кресле у камина, склонив седую голову в старомодном чепце на грудь, дремала шесса Кордин — личная камеристка Ее Высочества. Полноватая, высокая дама, уже немолодая, но никто, даже сама Аделина, не мог с уверенностью сказать, сколько же ей лет на самом деле. Шесса Кордин находилась подле Аделины уже несколько лет. Суровую надсмотрщицу приставил к своей, тогда еще невесте, сам герцог АшНавар, младший брат короля.
— Она следит за каждым моим шагом и все докладывает мужу и королю, — жаловалась принцесса. — Даже вздохнуть спокойно
не дает. И в каждом моем слове ищет тайный смысл.
Возмущения принцессы были не лишены здравого смысла, поскольку шесса Кордин была уверена в себе и своих силах. Она могла с легкостью поставить на место не только чересчур наглых придворных, железной рукой управляла немаленьким штатом горничных и камеристок Ее Высочества, но даже фрейлинам могла указать на их место. А ведь среди приближенных к принцессе дам были только благородные шииссы, в жилах которых текла голубая кровь аристократов. Но все они пасовали перед суровой шессой и только и могли, что жаловаться на нее друг другу, да и то вполголоса, чтобы она не приведи богиня не услышала.
Кьяра тоже не пользовалась особой благосклонностью шессы Кордин. Даже наоборот, была удостоена особого внимания со стороны камеристки, поскольку Ее Высочество с первого дня стала выделять молодую фрейлину и даже доверяла ей больше, чем всем остальным.
Тихонько, почти не дыша, чтобы не потревожить чуткий сон шессы Кордин, Кьяра проскользнула в будуар и на цыпочках приблизилась к приоткрытой двери в спальню принцессы.
Аделина еще не ложилась, чему свидетельствовали зажженные свечи, ярко освещающие роскошные покои.
— Ваше Высочество, — тихонько позвала Кьяра, не сразу заметив свою госпожу.
— Ах, ну наконец-то, — так же шепотом отозвалась принцесса, появляясь из гардеробной. — Где ты пропадала?! Принесла? Давай сюда!! — от нетерпения Аделина даже немного повысила голос, но быстро спохватилась и добавила уже тише: — Впрочем нет, прикрой дверь и иди сюда. Только тихо, не хочу, чтобы эта шархова псина проснулась.
Как обычно, принцесса не слишком лестно высказалась в адрес свой камеристки.
Кьяра плотно притворила за собой дверь, убедившись, что шесса Кордин все еще сладко посапывает в кресле у камина и не думает просыпаться и, вытащив из кармана флакон, полученный от колдуньи, протянула его принцессе.
Глаза Аделины расширились на миг, а затем заблестели предвкушением. Молодая женщина закусила нижнюю губу и сцепив пальцы рук. Прижала их к губам, словно пыталась таким образов сдержать победный клич.
— Клади его сюда, — принцесса, все еще не в силах отвести взгляда от заветного флакона, указала на низки столик у камина, — и рассказывай. Как все прошло? Ведьма отдала тебе зелье без вопросов? Не требовала больше денег за молчание?
— Нет, Ваше Высочество, — Кьяра осторожно положила флакон туда, куда ей было указано, и буквально рухнула в кресло, откинулась на спинку и прикрыла глаза.
