И вот ещё странность: имя предателя из Невского Синдиката Дим смог увидеть только после того, как его озвучил шехзаде Мехмед. Может, дело в том, что Дима не представили? Это возможно, учитывая то, что сервера системы в крепости Нарын-Кала были отключены и в данный момент работали в автономном режиме. Так что, получается, Дим понапрасну переживал и готовился к самому худшему. И если бы у Рома Лерма получилось сюда проскочить, он устроил бы кровавую бойню с собственной смертью в финале?
– И всё же, Улус, я не могу оставить тебя без подарка, – густой, зычный голос шехзаде Мехмеда вывел Дима из прострации.
Дим чувствовал, что “был на самом краю кроличьей норы”. На фоне внутренних переживаний, непонятное психическое отклонение дало о себе знать. И последнее внутреннее рассуждение о причинно-следственной связи между обоснованием личности, только подталкивало логический склад ума к тому, чтобы замкнуться в себе.
– Да, господин. Как вам будет угодно, – кивнул Дим салафскому принцу, маскируя за этим движением встряхивание головой.
– Значит, ты увлекаешься механикой и роботостроением, я не силён в науке. Твой принц больше разбирается в политике и тактике ведения войн. Когда я взойду на трон после моего отца, мне понадобится одарённые подданные. Селим не хочет расставаться с тобой, точно с детской игрушкой, но это пока. Скоро всё изменится, Улус-бей, – он бросил короткий, но очень красноречивый взгляд на своего младшего брата. Селим ответил ему тем же. – А пока можешь выбрать любой имплант или модуль, что привез господин Герц, и я подарю тебе его.
– А вы щедры, шехзаде Мехмед! – заметил Герц. – Дарить кибернетические модули простому повару… Должен сказать, что я не вижу целесообразности в таких тратах ресурсов, но жест оценил. – затем он обратился уже к Диму. – Это щедрый подарок твоего господина, Улус. Цени его.
* * *
Дим стоял в дальнем углу ангара, смотря, как Джаггернаута пакуют перед отправкой. Стоял и разговаривал полушепотом, едва шевеля губами. Со стороны это выглядело странно, но Дима это мало заботило. Сейчас он говорил с Ромом, прикинувшимся частью стены, благодаря маскировочному костюму.
– Я не смог проникнуть в палаты их царька, – голос Рома был искажен динамиками маск-костюма. – У них есть возможность обнаруживать лазутчиков даже в таких костюмах. Кстати, где ты его взял?
– С тела напавших на нас дервишей, – не смотря в сторону Рома ответил Дим.
Команда Герца работала очень профессионально. С момента, когда Селим отдал свой трофей технократу, прошло всего пара часов, а эти ребята уже строили защитный короб для погрузки Джаггернаута в контейнер для транспортировки.
– Ты же знаешь, что утаивать такие вещи – это преступление? Преступление перед Новым Ковчегом, – начал читать мораль Ром. Парень был из самой примерной семьи, каждое воскресенье ходил в церковь и молился, когда думал, что никто за ним не наблюдает.
– Которое карается переводом в касту обречённых и высылкой из доминиона. Знаю. Но сейчас не об этом: как ты понял, что не стоит прятаться в Джаггернауте? – ловко перевел тему Дим.
– А я и не понял, мне просто не дали возможности забраться в него. Кстати, что сейчас происходит? Куда они пакуют моего бота?
Слово “моего” сильно выделялась в речи, даже несмотря на синтезированный голос “катка”. Нет, этот парень больше не наденет серую форму механика, не променяет узкую кабину бота на ангар мастерской. Он волкодав, который попробовал крови врага и больше никогда не сядет на цепь.
– Транспортировка Джаггернаута в лаборатории Невского Синдиката. Улуса жалко. Он так и остался внутри бота.
– Жалко? – возмутился Ром. – Он враг, Дим! Не понимаю, почему мы оставили его в живых?
– Хороший вопрос, друг. Вероятно, убить его было бы гуманнее. Теперь он умрет от голода внутри ноги Джаггернаута.
– Не умрёт. Там осталась ещё уйма суточных пайков. Скорее всего, он дотянет до Невского Синдиката, а там уже его и найдут предатели Конфедерации. Убить царьков не получилось. Ты работаешь на кухне, попробуй отравить их, пора уже покинуть это сучье логово.
– Мы сделаем всё, вернее, я сделаю, – Дим впервые повернулся, чтобы увидеть напарника, но не смог нащупать его глазами – маскировочный костюм работал исправно.
– А что делать мне? Я не хочу сидеть круглыми сутками в ангаре, точно крыса на корабле.
– И не надо. Делай то, что должен делать диверсант. Только аккуратно: убивай командиров, дервишей, выводи из строя инфраструктуру. Главное, не попадись. Я не хочу возвращаться в Новый Ковчег в одиночку, – произнес Дим, заметив, что говорит не только то что нужно, а то что действительно думает.
– А мы вернемся? Живыми?
– Не сомневайся. Вернемся живыми и героями. Система хоть и находится в автономном режиме, но записывает всё. И когда Нарын-Кала вновь станет нашей, Теду Шадо станет стыдно за слова, которые он говорил нам обоим, – Дим улыбнулся Рому, что замаскировался под кусок стены.
* * *
