- Да уже как-то и нет, - с удивлением понял Мирон. - Притерпелся...
Желудок сокращался в спазмах и казалось, что даже если поесть, в нём всё равно ничего не удержится.
- Пока ты спал, тебя накачали коктейлями, - сказала Мелета. - А еще биогель в Ванне. У нас очень хороший биогель. С протеинами, углеводами и вообще всем, чем надо. Мы сами делаем.
- Сами? - для Мирона это было шоком.
Биогель, а изначально - просто сухой леофилизат, продавался вместе с Ванной. Одного картриджа хватало на три тысячи погружений - нужно было только подключить воду. Затем он просто испарялся - очень быстро разлагался на кислород, азот и остальные примеси. Как такую штуку можно делать самим - он не представлял.
- Мы много чего делаем, - пожала плечами Мелета. - Например, одежду... - она вытянула руку, демонстрируя рукав. - Нравится? Это я сама сшила.
Мирон робко потрогал шов. Ему и раньше казалось, что с этой курткой что-то не так. Сидела она на девушке, как влитая, но при этом не отличалась изяществом. Мирон вспомнил куртку, которую он заказал на Миланском сайте, а потом бросил в Московской подворотне. От куртки Мелеты не пахло стилем, - понял он. - Не пахло деньгами...
И всё равно, делать что-то самому, своими руками, а потом пользоваться - в этом что-то было. Что-то фундаментальное. Вечное.
Человечество давным-давно ничего не делало своими руками. Миллионы крошечных фабрик по всему миру, невидимых, но вездесущих, пекли на матричных принтерах всё, что нужно, начиная от магнитных застёжек и заканчивая такими сложными агрегатами, как Ванны. Только сырьё подавай.
А сырьё в гигантских количествах добывали на Луне и в поясе астероидов... Люди ни в чём не нуждались. Наборы световых фломастеров, которыми пользовались дети в Корее, ничем не отличались от таких же во Франции. Куртка из нанопоры была курткой из нанопоры везде - и в Японии и в России. Тот же набор цветов, покрой и стандартная шкала размеров.
Фирмы, выпускающие эксклюзивные вещи всё еще пыжились, но их продукцию покупало всё меньше народу - те, кому это было по карману. Но и они делали это всё реже. Выделяться нынче было не модно. Выставлять богатство напоказ - не комильфо. Безликость и однообразие - залог спокойной уютной жизни...
Мелета вдруг остановилась.
- Что? - Мирон напрягся. - Опять дрезина? - он уже понял, что тренированный слух девушки ловит звуки гораздо лучше, чем его привыкшие к Плюсам уши.
- Да нет, всё в порядке, - сказала Мелета и стащила рюкзак. - Давай всё-таки поедим. Потом может не получиться...
- Прямо здесь? - Мирон оглядел уходящие в обе стороны рельсы.
- А ты знаешь место получше?
- Ладно, как скажешь.
Он уселся на рельс - в метро было довольно тепло и металл не холодил. Он был гладким и приятным на ощупь. Прикосновения к нему даже как-то успокаивали.
Эти рельсы выплавили люди еще в прошлом веке... - подумал он. Добывали руду, очищали, варили специальный сплав в Доменных печах... А сейчас они никому не нужны.
- Мы из разбираем, - сказала Мелета, усаживаясь рядом. Она будто услышала мысли Мирона. Или догадалась. - Очень хороший металл, - девушка похлопала ладонью по рельсу. Тот отозвался глухим гулом. - Можно делать оружие, ножи, еще много чего...
Она достала из рюкзака пакет, обмотанный прозрачной плёнкой. Извлекла из него что-то, похожее на сэндвичи, но какое-то неуклюжее и на вид совсем не привлекательное.
- Это что? - спросил он, когда девушка протянула ему слипшиеся комки хлеба.
- Бутерброды.
Он привык, что сэндвичи выглядят не так. Аккуратные треугольники, между которыми зажат ярко-розовый пласт ветчины, красиво уложенные помидоры и обязательный ярко-зеленый листик салата...
Мирон осторожно взял это нечто и принюхался. Пахло, во всяком случае, аппетитно. Девушка уже во всю жевала, и он тоже откусил.
В нос ударили разнообразные запахи. Что-то очень свежее, мягкое, и в то же время хрустящее...
- Из чего это? - спросил он, прожевав первый кусок.
- Жареная говядина, огурцы, майонез. Хлеб.
- Почему он не в треугольниках?
- Потому что пекут его в квадратной форме, балда. А потом разрезают. Наш же выпечен без всякой формы.
- Так это - домашний самодельный хлеб?
Он потёр свободной рукой щеки. Что-то он в последнее время тупит. Совсем не соображает.
- Как и всё остальное. Говядина и соус...
- А где вы взяли мясо? Что-то я не видел у вас фабрики клонирования.
- Потому что это мясо еще недавно ходило на четырёх ногах. И жевало траву.
Мирон чуть не выплюнул. Нет, правда... Ко всему можно привыкнуть, но есть живое существо?
- Где вы его взяли? - выплевывать он не стал, философски рассудив, что раз корову всё равно убили - не пропадать же добру.
- У фермеров, за городом. У нас с ними бартер... Чаю хочешь?
Открыв термос, она плеснула в крышечку ароматной жидкости. От неё сразу пошёл пар.
- Чай вы тоже сами вырастили? - скептически спросил Мирон.
- Нет, дурачок. Чай выращивают в Грузии. С грузинами у нас тоже бартер...
