— Дай угадаю, все это время ты жил без мебели, верно? — И не дав ему ответить, пихнула локтем под ребра: — Ты самый настоящий нищеброд.
Они шли бок о бок, и Джулия была готова разорваться от счастья при одной только мысли о предстоящих выходных. Россу не оставалось ничего другого, как слушать бесконечные вопросы о Сан-Франциско и восклицания, как ему, наверняка, нравится здесь жить. «Иногда мне кажется, зря я переехал в Сан-Франциско», — пожаловался Росс, но не стал развивать тему.
Они прошли три квартала и очутились возле трехэтажного дома с дощатой облицовкой, в котором он жил. Пара поднялась на верхний этаж, и Росс устроил Джулии короткую экскурсию по своему скудному обиталищу. Следующие полчаса девушка сидела в сторонке и наблюдала, как Росс и его сосед затаскивали в комнату старый комод, стол и каркас для кровати — ту самую мебель, которую несколько часов назад Росс купил у незнакомца на улице. Когда переезд завершился, Росс поблагодарил соседа, закрыл за ним дверь и на новой кровати уже в полной мере, со всей любовью поприветствовал приехавшую в гости Джлулию.
Когда они лежали в постели после бурного воссоединения, Росс показался девушке отрешенным, но она все списала на его усталость, а может, подумалось ей, на него нахлынули воспоминания об их прежних отношениях.
— Я проголодалась, — заявила Джулия, вставая и натягивая на себя одежду.
— Как насчет суши? — предложил Росс.
— Отлично.
Они пошли в ресторан, увешанный яркими неоновыми вывесками, на окне которого красовался приносивший удачу манэки-нэко[35], и устроились за небольшим столиком. Джулия заказала роллы, и, пока они ели, Росс рассказал ей историю, которую прежде никогда не рассказывал. Он вспомнил, как в детстве ходил с семьей на рыбалку. После долгой ловли он так сильно объелся рыбой, что у него начал болеть живот. Но он никак не мог остановиться и, несмотря на боль, все ел, ел и ел, потому что вкус у рыбы был просто бесподобный.
Джулия рассмеялась. А затем (как обычно) принялась говорить сама, а Росс только слушал. Она пересказала ему всю свою жизнь за последний год. Рассказала о том, как процветает фотостудия, где она делает будуарные снимки, и о том, как завязала с алкоголем.
— Ты сильно повзрослела, — заметил Росс. — Стала более зрелым человеком.
— Не просто так, — улыбнулась Джулия, подцепляя палочками очередной ролл, — все потому, что я обрела спасение.
Росс прекрасно понял, о чем она. Они обсуждали вопросы религии, когда учились в институте. Тогда он и рассказал Джулии, что, хоть в детстве его и крестили, он уже давным-давно отошел от веры.
На несколько минут между ними воцарилось молчание. Затем Джулия спросила:
— Можно кое о чем тебя попросить?
— Конечно.
— Сходишь со мной в воскресенье в церковь?
— Агась, — откликнулся Росс, — буду рад.
Удовлетворенная ответом, Джулия решила, что пора отправиться домой и отдохнуть. Как и в прежние времена, после жарких споров они занялись любовью, а затем заснули в объятиях друг друга. Росс обнимал девушку сзади, а она, засыпая, глядела в окно и вслушивалась в ночные звуки Сан-Франциско.
Утром они проснулись, приняли душ и отправились встречать новый день. Они прошли мимо вокзала, возле которого они вчера встретились, миновали местную библиотеку и зашли в скромную закусочную на углу перекрестка.
В ожидании завтрака Джулия созерцала городской пейзаж за окном. Они находились в рабочем квартале, небольшом анклаве на краю города, где имелся ирландский паб и множество семей среднего класса. Однако среди трудяг, спешивших на работу или в ближайшую кофейню, Джулия замечала техперсонал в толстовках и футболках с логотипом Гугла: кажется, джентрификация шла полным ходом.
— Какие у нас планы на сегодня? — спросила она Росса, сделав глоток невкусного кофе.
— Мне надо поработать, так что почему бы тебе пока не прогуляться по магазинам, а потом, чуть позже встретимся. Идет? — Хорошо. Пойду чего-нибудь прикуплю.
После завтрака Росс вручил девушке ключи от дома и ушел в направлении аллеи Монтерей, откуда они пришли. Джулия развернулась и зашагала в сторону района Мишн.
Джулия решила посвятить покупкам все утро: выбрать себе несколько привлекательных платьев или соблазнительное нижнее белье, — однако в Сан-Франциско оказалось слишком холодно. Каждый раз, когда она выходила из магазина, промозглый ветер пытался сбить ее с ног, а холод пробирал, до костей — она явно была одета не по погоде. После часа скитаний девушка решила, что с нее хватит, круто развернулась и зашагала домой.
Джулия довольно быстро добралась до съемного жилища Росса, повернула ключи в замке и, осторожно приоткрыв дверь, скользнула внутрь.
Она устало поднялась по лестнице, потирая озябшие руки, и зашла в комнату Росса. Он сидел к ней спиной и печатал что-то на ноутбуке. Взгляд Джулии мимоходом упал на экран — и она будто попала в прошлое, во времена, когда они с Россом жили в Остине: десяток черных и белых окон, открытых на компьютере, чаты с перепиской, строчки кода и сайт с логотипом маленького зеленого верблюда. Девушка тут же поняла, над чем работает Росс.
