- Лавена, во имя Спасителя, где ты ходишь, жаркое же сейчас сгорит! - раздался из кухни голос хозяина таверны.
Лавена исчезла за дверью. Этли спустился вниз. Бросив плащ, сумку и корд в ногах кровати, он лег и закрыл глаза. Вечером ему предстоит непростое дельце, нужно выспаться.
***
Мед! О, Святой Север, у Оттика на кухне не оказалось меда! Лавена озираясь, спешила в предвечерних сумерках по улочкам Языка. Ночью, этот треклятый район, вовсе не место для благонравной женщины. Грабители, убийцы, помоги Спаситель, насильники, да еще душегубец этот, что потрошит девок.
Лавена ускорила шаг. Лавка матушки Ады совсем недалеко, одна нога здесь, другая там.
Яблочный пирог, видите ли! Лавена пробовала стряпню этой Ностанихи, Триединый знает, как ее там зовут, тесто с яблоками, вот, что это такое! Она - Лавена - покажет, что такое настоящий пирог, вот только меда достанет. Аскель не скоро забудет его вкус, да и Волгана она давно не баловала выпечкой. Лавене стало неловко, что вначале она подумала об Этли и лишь потом о муже. Ладно, не такой человек Аксель, чтобы долго сидеть на одном месте, рано или поздно уйдет и тогда все станет как раньше.
***
Этли проснулся вечером. Из-за занавески, отделявший его угол от остальной комнаты, раздавалось мерное сопение, вперемешку со шкрябаньем ложки по дну тарелки. Этли сел, одернул занавеску. За столом, в центре комнаты сидел Волган. Закончив с трапезой, муж Лавены отодвинул чашку и посмотрел на Этли. Сопение правда никуда не исчезло. Этли не сразу сообразил, что сап доносится из угла Руди. Цирюльник вернулся из очередной длительной отлучки и дрых без задних ног.
- С добрым утром, - хмыкнул Волган.
- Спасибо, - буркнул в ответ Этли.
Он достал кусок хлеба и принялся жевать, запивая водой.
- Лавена какую-то стряпню затеяла, говорит ты угощаешь, - прогудел Волган.
Черноволосый, широколицый, здоровенный словно медведь, Волган нависал над столом. Этли не сомневался, что докер знает о его интересе к Лавене. Чай, не дурак, понимает, что молодая женщина всегда будет привлекать к себе внимание мужиков. Но ведет себя спокойно, уверен в себе, мол, глазами смотри, а руками не трогай. Думает, что руки сможет любому сломает.
Этли ответил:
- Получилось заработать, почему бы не угостить добрых соседей, все мы тут в одной лодке. Вон, даже Руди объявился.
Волган промолчал, лишь кивнул в ответ. Управившись со скудным ужином Этли перекинул перевязь корда через плечо и накинул плащ. Попробовал, как выходит клинок из ножен.
- На заработки? - усмехнулся Волган.
- Вроде того.
Этли поднялся по лестнице. На кухню заглядывать не стал, сразу вышел на улицу. Там уже моросил дождь. Вечер стремительно угасал, погружая Язык в кромешную тьму. Укутавшись в плащ, он осторожно, чтобы не попасть ногой в какую-нибудь рытвину, двинулся в кабак Кэла Самоэя.
***
Видимо, Триединый решил проучить ее за гордыню, затеялась испечь медовый пирог с яблоками, а меда-то нигде и нет. У матушки Ады тоже. Зато у матушки оказалось огромное желание поболтать, без устали рассказывала, что у кого из соседей происходит. Не желая обижать старушку, Лавена слушала ее, кивала, поддакивала, а когда вышла на улицу, то там уже царил непроглядный мрак, да еще и дождь заморосил.
Самым правильным решением было идти домой. Придется, видимо, обычный пирог выдавать за "ух, какой!". Все равно Аскель и Волган съедят, не вникая в тонкости рецепта. А если нет? Аскель-то ведь точно из знатников, хоть и не признается в этом. Поди и не такие пироги пробовал. Как она будет выглядеть тогда?
Где же достать этот мед? Может быть у Натсии, кухарки Самоэя? До его трактира идти примерно столько же, как и до Оттика. Собственно, еще не так поздно. Люди только начали запирать дома и ставни. Она быстро. К тому же в кабаке у Кела много докеров, знакомых Волгана, попросит, так проводят до дома.
Лавена заспешила, накинув на голову капюшон плаща. Решив срезать, она нырнула с узкой улочки в еще более узкий переулок. Как только она минует его, то до заведения Кела будет рукой подать. На самом выходе из проулка она вдруг услышала мужские голоса.
- А что, сударь, деньги у тебя с собой? - вопрошал сиплый испитый голос.
- Я похож на дурака? - послышалось в ответ. - Сначала, сделаете дело, затем проводите меня до дома, а там уже рассчитаемся.
Обладатель второго голоса, изо всех сил, пытался придать своим словам твердость.
- Умм, - недовольно заворчал сипатый, - вдруг, зайдя домой ты забудешь свои обещания?
- Нииии, мыслю я, господин, не сотворит эдакого, - встрял еще один голос со странным говором. - Томуже, мы уведаем, где он живет.
Раздалось еще какой-то звук, похожий на уханье филина.
- Ладно, сударь, - произнёс сипатый, - веди уже нас, где там твой орк.
Вжавшись в стену, Лавена молилась, чтобы ее не заметили, ну никак эти люди не походили на рыцарей из сказок. Она даже не удивилась о каком орке шла речь, может быть это чье-то прозвище. Лишь бы эти лиходеи побыстрее убрались бы отсюда.
