Красавица молчала, давая понять, что слушает. А глазами всего его разглядывала. Уже и не думала до свадьбы увидеть.
Волк же, заметив, как она на него сверкает глазами изумрудными, не удержался. Подошел вплотную, обхватил за талию нежно да к себе прижал, в губы алые поцелуем жарким впившись.
– Пришел, – прошептала Святослава, отвечая на поцелуй и всем телом к молодцу приникая. – Пришел…
Сердце ее так и запрыгало от радости! Но тут она опомнилась и мягко от него отстранилась.
– Негоже нам целоваться более, Ярослав. Я теперь невеста царя. И не хочу срамить его прямо перед свадьбой, – сказала тихо, еле слезы сдерживая.
Волк помрачнел.
– Спасибо, что напомнила, а то я и позабыл вовсе, будто ты моя только, как и обещалась.
– То давно было, – ответила девица, – когда ты меня еще не бросил в граде на волю врага.
Волка эти слова как кнутом ударили.
– Я? Бросил?! Да я только ради тебя это и сделал! Чтоб вернуться с князем и с собой забрать. Навсегда забрать, слышишь?!
Святослава подняла на Волка взор горящий, а сердце ее трепетать стало от волнения. Красавица уже пожалела, что он к ней явился. Снова начнет сердце ее бередить, кое уже со своим предназначением смирилось.
– Я же Мстиславу сказал, что за тобой вернусь. Он должен был тебе то передать! – не унимался Волк.
– Не было Мстислава, никого не было, – ответила тихо девица.
– Как не было? – Волк ушам своим не поверил. – Он специально в граде остался, чтобы поджег сделать, а потом тебя от болгар стеречь. Ты ведь тогда еще слабая была, и нельзя было тебя перевозить. Вот я тебя и оставил с Мстиславом.
Святослава слушала воеводу русского да что-то мучительно вспомнить пыталась. Помнила, что ранена смертельно была, помнила, как очнулась. А еще помнила, как лекари говорили, что русичи ее от болгар защищали, чтоб те не надругались над девицей беспомощной, да и полегли все подле ее избы. А последний больно могуч был, и никто из болгар не мог его зарубить, так стрелой подлой убили молодца. Мол, тот напоследок самому царю сказал, что девицу сберег. А царь в благодарность тому русичу, что Тодорку славную спас, устроил ему бесславные похороны. Велел воина как пса бездомного схоронить, в общую яму тело кинуть, без почестей и без памяти.
Вспомнила все Святослава и от ужаса ахнула. Да и осела на пол бледная, затряслась вся. Поняла, кто воин был тот могучий. Мстислав, жених ее названый. Больно стало девице, что из-за нее погиб витязь. Он таким славным был, таким хорошим! Никогда не встречала она в жизни своей сердце столь доброе. Он был ей больше чем друг. Он был ей как брат, как защитник верный! И сложил свою буйную голову подле ее дверей.
Не выдержала Святослава горя сердечного и расплакалась. Горько плакала да без умолку. Не должен был Мстислав из-за нее погибать. Сердце его сильное должно было еще долго биться да зорькам утренним радоваться.
Волк же не понимал, отчего девица плачет, но и не мешал ей. Пусть выплачется, сама потом все расскажет. Святослава так и сделала, вытерла слезы последние и на Волка печально взглянула.
– Мертв он, – сказала тихо.
– О том и сам догадался. Мы всех пленных пересмотрели. Не было его среди них, – грустно заметил Волк. – По нем, что ли, рыдала?
Святослава кивнула.
– Он мне другом был. И, выходит, защитником. Если бы не он, не знаю, что со мной болгары бы сделали. О том, что ты возвернешься, не успел он мне поведать. Вот и решила, что бросил ты меня…
– А если бы знала, что не бросил, чтоб тогда сделала? – спросил Волк.
– Тогда бы я сама из Переяславца ушла тебе навстречу! – Святослава стремительно с пола встала и опалила Волка пламенем глаз изумрудных. – Но уже поздно. Скоро мне быть царицей болгарской. И то я сама решила. Ты все равно мне кроме звания полюбовницы ничего предложить не сможешь. Видно, боги меня от позорного житья охраняют. Вот и не стану их воле перечить, – и Святослава гордо взглянула на воеводу. Ей пора привыкать к роли царицы, и лучше сделать это прямо сейчас, перед Волком, грозным воином.
– А коли бы ты знала, что не женат я более? Что сам князь меня развел с женкой киевской? Что бы ты тогда про богов и волю их сказала? – допытывался Волк, не унимаясь. Не хотел верить, что Святослава для него потеряна. Хотел еще за Ладу свою побороться, без коей жизнь ему не в радость станет. И пусть все сейчас решится. Или она с ним уйдет, или здесь навсегда останется.
Святослава задумалась на мгновение. Обманывает ли ее Волк или вправду с женой разошелся?
– Если правда то, что ты мне сказал про жену свою киевскую, то тогда бы я ответила, что боги надо мной подшутили, и очень жестоко это сделали…
И потупила она очи свои ясные. Ничего более не могла сказать. Жизнь сыграла с ней злую шутку, снова отворотив от любимого. А ведь счастье было так близко…
Волк глубоко вздохнул, подошел к ней близко и снова, как прежде, свою руку сильную ладонью вверх протянул.
