Но Ярослав думам тяжким не долго придавался, в тот же день пил мед с вождем вятичей, победу свою первую праздновал. Да больше положенного наливал, видать забыться хотел. А вождь перед ним все заискивал да другом звал.
«Не проведешь меня, хитрый лис, чай, чую я нутро твое испуганное. Забоялся меня, вот и пляшешь сейчас, как пес прирученный!» – подумывал про себя Ярослав да улыбался вождю приветливо. А глаза холодными оставались.
Вождь тоже почувствовал, что перед ним не юнец хвастливый и самовлюбленный, а зверь хищный, что улыбается приветливо да присматривается, думку свою думая. Что не по ему будет, сразу меч вонзит в горло старческое. И понял вятич главный, что и воинов даст киевлянину молодому, и дружить станет. А иначе и быть не могло с таким волком лютым.
Когда же празднование закончилось, все спать увалились в угаре пьяном, и вятичи, и киевляне. Ярослав на свою солому подле друзей верных бросился да заснул как младенец, будто и не было сегодня ни боя первого, ни пожара, ни девки, без вины убитой. Да только посреди ночи ворочаться да шептать во сне начал:
– Слава…
Почти никто того не услышал, все спали как убитые. Один Радомир все слышал, не спалось ему. Недобро на душе было. О друге своем все думал, что с ним такое случилось? Очень уж изменился. В Киеве вон каким был, всех девок хороводил. А здесь жестоким стал да лютым, как зверь.
– Славочка… – снова прошептал Ярослав во сне да захрапел громко.
Радомир пуще прежнего нахмурился. Не первый раз уже друг во сне имя девицы киевской вспоминает. Неужто она сделала с ним недоброе? Вот же ведьма огненная! Видать разбила сердце молодецкое. Да не просто разбила, а очернила его. Никогда Радомир бы не подумал прежде, что Ярослав на жестокость способен. Но сам всё видел, как и знал, что жестокость мучить Ярослава станет, не спасётся, погубит его чернота, что внутри его всего разъедать зачала.
Глава 10
Медленно, но верно наступила зима. Вои киевские вместе с вятичами продолжали охотиться да тренироваться. Как братья уже друг другу стали. Да молодцы с других племен к ним подтягиваться начали. Ярослав им то шкурки видные отошлет, на свою сторону переманивая, то медком угостит за своим столом. А дружинники его всю территорию уже обследовали да у местных выведали, когда лед по реке пойдет, когда паводок начнется. Да про хазар постепенно выспрашивали: как много, как часто набеги делают, кто у них главный.
Все шло как надо. Ярослав доволен был делами своими. И воинов для дружины киевской приобрел, и дружбу с местными завел, и про хазар все разузнал. Оставалось только весну ждать, а вместе с ней и князя Киевского во главе дружины основной.
Как-то поутру, пришел к Ярославу вождь вятичей да девку с собой привел. Хороша была собой и приветлива. Косы русые, глаза синие, носик чуть вздернут задорно.
– Дочь моя родненькая! – представил вождь приведённую. – Хозяюшка хорошая, и есть приготовит, и за скотиной проследит, да женой верной будет воину киевскому.
Ярослав поначалу не понял, к чему это вождь клонит. А когда осознал, нахмурился. Хорошо, что Радомир рядом стоял. Закрыл он спиной друга от глаз вождя.
– Не горячись. С вождем так нельзя!
– Не нужна она мне, зачем он ее привел?
– Видно, породниться с Киевом хочет, вот и привел.
– Пусть обратно уводит.
– Да ты не спеши, посмотри на девицу. Вон какая хорошенькая да славная.
Посмотрел Ярослав через плечо на дочь вождя. И вправду славная. Да только на душе у него все равно холодно и черно. Повернулся к другу своему.
– Ты же знаешь, как я к ним отношусь. Все для меня одно, хоть славная, хоть нет. Коль женой моей станет, битая будет ходить. Не потерплю я неповиновения.
Радомир только вздохнул. Друг правду говорил.
– Однако нельзя вождю отказывать. Он и воев дал, и дружбу с нами ведет. Вот и дочь свою предлагает. Перед приходом князя Киевского нехорошо вождя расстраивать.
– Да если дочь его битая ходить будет да в слезах, он тому тоже не порадуется.
– И то верно. Делать-то что тогда?
Ярослав призадумался. Решение само пришло, недаром хитер был да смекалист. Повернулся он к вождю да заулыбался. Поклонился ему, затем девице.
– За честь такую спасибо тебе, вождь вятичей. И девица твоя пригожая да славная. Друг мой рад будет такой женушке. Он у меня самый лучший воин, да десятником уже стал.
Радомир сперва обомлел. Не о нем ли речь? Да как мог Ярослав так поступить, зная, что он Миле киевской обещался! А новгородец подмигнул ему, чтоб не хмурился.
– Мстислав, мой брат названый, – воин ловкий, храбрый. Он ей мужем хорошим будет. Позови его! – приказал Радомиру.
Тот сразу же из избы во двор кинулся, друга искать, чтоб новостью радостной огорошить.
Вождь же вятичей пригорюнился. Обхитрил его молодец киевский. Друга своего предложил, сам не отказавшись, будто и не понял, что ему девка была приведена. Однако дело сделано. Сам дочку свою привел, чтоб за киевского воя отдать, вот и отдаст, а за какого, уже не значимо.
