– А ты в курсе, что он сбежал, не дождавшись вызова на допрос? – задал вопрос Фрай. – Да-да. Дал деру вместе со своей семьей. Сейчас решается вопрос об объявлении Горбенко в международный розыск. Так-то, Василий Николаевич. Такую вот змею на груди пригрели.
– Известно, где он?
– По неподтвержденной информации, в Англии. Сам знаешь, как британцы относятся к вопросам экстрадиции преступников в Россию. Я вот к чему веду, Василий Николаевич. Горбенко слинял так, что у меня возникла ассоциация с крысой, бегущей с корабля. Чувствуешь, что я хочу сказать?
Кольцов подошел к окну.
– Он что-то учинил после увольнения?
– Молодец, Василий Николаевич! Я тоже уверен в том, что эта гадина еще что-то натворила. Складывается ощущение, что он бежит от того места, над которым сгущаются тучи.
– Любишь ты загадками говорить, Виталий Романович, – недовольно произнес Кольцов. – Есть какие-то факты?
– Некоторые персоны, приглашенные на конференцию, очень недовольны тем, что Горбенко ушел из министерства. Олби Грей в их числе. Мне представляется, что не сегодня завтра будут предприняты конкретные действия по дискредитации нашей политики. Время дипломатии и светских разговоров закончилось.
– Что ты имеешь в виду? – осведомился Кольцов. – Они что, убьют меня, вспомнят лихие девяностые?
– Я не знаю, – холодно ответил Фрай. – Лучше перестраховаться. У тебя есть еще три минуты?
Василий Николаевич напряженно взглянул на часы.
– Три, но не больше. Хочешь – поехали со мной, по дороге расскажешь.
– Нет, мне потом в другую сторону. Итак, помнишь Володю Чернышова? Мы с ним вместе в Афгане служили, он потом ушел безопасником в министерство юстиции.
– Ты рассказывал. Он вроде умер недавно.
– Его убили, – поправил министра Виталий Романович.
– Вот как?
– Официальная причина смерти – остановка сердца. Его жена и сын добились повторной экспертизы. Во время вскрытия в организме Володи был обнаружен смертельный яд, который привел к закупорке сосудов и остановке дыхания. Самое главное, что при первичном исследовании ферменты яда никак себя не проявили, они появились позже. Понимаешь?
– Вполне.
– Ведь это так удобно для киллера! Покойника вскрыли, ничего не нашли и похоронили. Мало кто стал бы так настойчиво требовать повторных исследований. В общем, Володя умер через час после посещения бассейна. Когда в его теле нашли яд, еще раз обследовали тело и в правой пятке обнаружили крошечную, едва заметную ранку. Следователи провели дополнительную проверку, перевернули все его вещи. Что бы ты думал? Они нашли шлепанцы, в которых он ходил в день смерти. В правом была едва заметная иголочка, с полсантиметра длиной. Ее поместили вертикально в глубину резины, как раз в пяточной области, понимаешь? При визуальном осмотре иглу не было видно. Но под давлением веса резина приминалась, острие выступало наружу, проникало в плоть.
Кольцов молча застегнул пиджак.
– Его убили, Василий Николаевич. За что – это предстоит выяснить следствию. Но недругов у Володи Чернышова хватало, будь здоров. Парень был резкий, хоть и справедливый. – Фрай поднялся со стула. – Он был всего лишь помощником по безопасности. А ты – министр, Василий. И мой старый друг.
– Я понял твой намек, – спокойно произнес Кольцов. – Прости, но мне надо ехать.
– У тебя должна быть охрана, – с нажимом проговорил Фрай. – Не нужно строить из себя героя, Василий Николаевич. Обстановка немного не та. Я ощущаю это каждой порой моей старой кожи.
– Хорошо. Мы обговорим все подробности по поводу охраны, как только я освобожусь, ладно?
– Все, что касается личной безопасности, ты постоянно откладываешь на потом, – заявил Фрай и покачал головой. – Ты такой непробиваемый или мне уже пора на покой?..
– Все будет в порядке, – сказал Кольцов, но в голосе его уже не было прежней уверенности.
Виталий Романович это почувствовал и вздохнул. Может, он и вправду излишне тревожится за Кольцова?
От Кургана не было никаких известий. На исходе третьих суток Артем начал тревожиться. Он помнил, что тот требовал не звонить ему прежде времени, но некое шестое чувство подсказывало адвокату, что у его нового знакомого могут возникнуть осложнения из-за его просьбы.
О том, что Курган просто мог плюнуть на Павлова и забыть о своем обещании, Артем даже не думал. Он разбирался в людях и знал, что этот немолодой мужчина, которому пришлось провести в местах лишения свободы чуть ли не полжизни, умеет держать слово.
Адвокат решил, что попытается связаться с Ковригиным на следующий день. Однако делать этого ему не пришлось.
Утром у дверей офиса его ждал худощавый мужчина неопределенного возраста. Ему можно было дать как двадцать восемь, так и все пятьдесят. Павлов взглянул на его нос, свернутый набок, неброскую одежду, блеклую татуировку, выглядывающую из-под выреза футболки. Он сразу подумал, что этот гость от Кургана. Так оно и вышло.
– Господин адвокат? Артемий Андреевич? – учтиво полюбопытствовал мужчина.
В крупных руках он держал газету, свернутую в трубку.
– Он самый. Чем обязан столь раннему визиту?
