— И вообще, многие женщины специально ездят на курорты за этим, а я что хуже других! — улыбнувшись хмыкнула известная на весь мир модельерша, осторожно поглаживая свою «распечатанную» задницу.
День рождения начался не просто хорошо, а я бы даже сказала отлично. Особенно порадовали подарки, каждый из приглашенных что-то дарил, не всегда ценное, но всё равно было приятно. Анастасия с Максимом презентовали старинный мушкет, века так семнадцатого, с красивым прикладом из ореха. Семейство Кочетковых — серебряный письменный набор, конечно же работы Карла Фаберже, он отлично подойдет к моему кабинету на даче. Климовы задарили английский сервиз, известной фирмы «Wegwood», этим брендом уже на протяжении триста лет пользуется вся королевская династия Великобритании. Гущин преподнес выделанную шкуру медведя, того самого, которого я завалила в лесу. Когда её расправили, все гости пораженно ахнули, размер хозяина леса произвел должное впечатление. Про остальные подарки упоминать не буду, они конечно не такие дорогие как вышеперечисленные, зато тоже от души. Цветов, вернее букетов, за моей спиной набралась целая куча, хорошо метрдотель вовремя подсуетился, организовал несколько ведер с водой, иначе бы они за вечер точно увяли.
Не успели сесть за стол, как появился Николай Анисимович с супругой. Пришлось идти встречать, обниматься с ним и со Светланой Владимировной, с которой на днях познакомилась на банкете. Дама далеко не простая, я бы даже сказала через чур умная, не то что её подруга Галина. У меня появилось стойкое ощущение, что моя «блондиннистость» не произвела на неё должного впечатления, мой камуфляж наивной девочки не сработал. Ничего страшного, буду играть вне правил, подсажу Шёлокову на мою живительную силу, которую ей ввела ещё при первой нашей встрече. Доза микроскопическая, но эффект не заставил себя ждать, она тогда весь вечер улыбалась. Знаете, это сродни наркотику, в тот раз Светлана Владимировна не поленилась проводить меня, да и сегодня всё тоже началось с обнимашек и поцелуйчиков. Её организм интуитивно тянется к источнику жизни, в данном случае это ко мне, мозг сразу создает установку — что я хорошая! Ещё пара встреч и она станет самой ярой моей сторонницей, начнет усиленно помогать мне, а связей у неё предостаточно. Всё это конечно в будущем, а пока я приняла от Щелоков букет алых роз, к нему прилагался эксклюзивный Марголин (произведенный на заказ ограниченной серией). Пришлось его вместе с супругой ещё раз чмокнуть в щечку, поблагодарить за дорогой презент, пистолет действительно очень ценный. Я потом посмотрела, там действительно всё выполнено на заказ, даже масленка серебряная. После произнесенного тоста, где Николай Анисимович расхвалил меня до небес, они сославшись на дела покинули нашу компанию. Я конечно проводила их до дверей, как никак хозяйка этого торжества, Щелокова на этот раз сама чмокнула меня в щечку.
Только они вышли, как тут же появился Итон, да не один, за ним с красной рожей семенил адъютант, тащил перед собой что-то завернутое в плотную бумагу. Поцеловав мне руку, Роберт Павлович вручил наишикарнейший букет, на этот раз из белых лилий. С ним под ручку вернулась в зал, который сразу притих, увидев входящего со мной безопасника. После провозглашенного тоста, где он поздравил меня не только с совершеннолетием, но и званием Героя Советского союза, я стала обладательницей «Железного Феликса», точной копии статуи на Лубянке (судя по перекошенному лицу адьютанта, весил этот бронзовый чекист немало). Долго засиживаться Итон не стал, сославшись на службу покинул нас, шепнул что вызван на дачу к Генеральному. От него мне тоже будет подарок, но не сейчас, а в ближайшее воскресенье, я приглашена на охоту в Завидово. Предлог выбран отличный, ни у кого не возникнет сомнений в нелепом стечении обстоятельств, я имею ввиду вынужденной отставке Суслова. Как я её проверну никому не известно, ответственные товарищи готовы поддержать любое моё начинание. Пельше, Брежневу и Черненко не нужны конкуренты, Серый кардинал давно для них поперек горла, особенно со своим показным аскетизмом. Плата за это должна быть достойной, я даже знаю что у них попрошу, это будет квартира! Конечно же не простая, такая мне и нафиг не нужна, а вот в одной из сталинских высоток…
Следом за Робертом Павловичем появился секретарь Пельше, по бумажке прочитал длинное послание, из которого я поняла, как мне повезло родиться в Советском союзе. Подарок, назовем его так, меня немного удивил, но в тоже время порадовал. В деревянном футляре, конечно же на красной бархатной подложке, лежала перьевая ручка Ильича, которой он писал статьи для «Искры» (так во всяком случае было написано на металлической пластине). Редкость для коллекционеров неимоверная, разве что сравнимая с трубкой Сталина или сигарой Черчилля.
