Стремительное наступление советских войск застало врасплох американцев. После прихода к власти в США президента Гарри Трумэна, настроенного резко против СССР и боявшегося его усиления на Востоке, «корейский вопрос» завис окончательно. Теперь его надо было решать в срочном порядке. Ночь с 10 на 11 августа в Белом доме выдалась нервной. Военные и высшие чины Госдепартамента спорили до хрипоты о возможных вариантах выхода из ситуации. Проблема заключалась в том, что Корея была для США
Под утро, выкурив не одну пачку сигарет и выпив несчетное количество графинов содовой, государственные мужи решили спихнуть ответственность на подчиненных. Двум полковникам Генштаба — Чарльзу Боунстилу и Дину Раску (последний еще не раз сыграет важную роль в событиях в Корее) — предложили пройти в отдельную комнату и за полчаса найти приемлемое решение. В их распоряжении имелась только карта Корейского полуострова. Полковники взяли под козырек и поступили по-армейски четко: приложив линейку к карте, они разделили полуостров пополам по линии 38-й параллели. К северу — советская зона оккупации, к югу — американская. В американской зоне оказались большая часть населения, значительная часть сельскохозяйственных угодий и промышленного потенциала, а также историческая столица — Сеул. Так было положено начало расчленению Кореи. Как писал американский историк Грегори Хендерсон, ни одно послевоенное разделение страны не было столь необъяснимым, не связанным с местными реалиями и не учитывающим мнение народа и положение стран; и нет такого разделения, за которое США несли бы меньшую ответственность.
Когда американская сторона донесла свои предложения до Сталина, тот неожиданно согласился с таким вариантом. По окончании обескровившей СССР Великой Отечественной «отец народов» стал весьма осторожным и предпочитал лишний раз не рисковать, конфликтуя с западными пока еще союзниками. Впрочем, в тот момент никто не предполагал, что разделение будет длительным, и, возможно, Сталин просто рассчитывал на скорое взятие власти коммунистами во всей стране сразу.
15 августа японский император подписал указ об окончании военных действий. Эта дата была объявлена днем освобождения Кореи. Таким образом, получилось, что большую часть территории Кореи советские войска освобождали без боя. Войска Микадо сложили оружие (хотя отдельные части продолжали сопротивление). 24 августа для принятия капитуляции советский десант был высажен в Пхеньяне. К 25 августа японские войска в советской зоне оккупации были разоружены, а части 25-й армии вышли к 38-й параллели. В боях за освобождение Кореи пало около полутора тысяч советских солдат и офицеров.
Еще до начала военных действий генерал Чистяков получил указание ЦК объяснять местному населению, что СССР не планирует захват Кореи или введение там советских порядков. Бойцы получили инструкции, что с жителями нужно обращаться вежливо и не препятствовать совершению религиозных обрядов. В целом эти приказы соблюдались, и корейцы приветствовали наших солдат как освободителей. «Граждане Кореи! Помните, счастье в ваших руках. Вы обрели свободу и независимость, и теперь ваша судьба зависит только от вас самих, — обратилось к населению командование 25-й армии. — Советская армия создала все условия для свободного созидательного труда корейского народа. Корейский народ должен стать творцом собственного счастья»10.
Известия о ходе боевых действий были с воодушевлением встречены в 88-й бригаде. Чжоу Баочжун и Ким Ир Сен направили маршалу Василевскому рапорты о готовности личного состава сражаться против японцев с просьбой направить их в Китай и Корею соответственно. Однако в условиях, когда регулярная армия успешно выполняла свои задачи, их решили поберечь для организации мирной жизни на освобожденных территориях. «Ничего, придет и ваше время», — шутили советские офицеры, хлопая своих сослуживцев по плечу. 15 августа в бригаду поступил план использования личного состава, согласно которому военнослужащих предстояло отправить в военные комендатуры на освобожденных территориях. Распределением корейцев по городам и провинциям занимался лично Ким. Сам он, как старший по званию, получил назначение на должность заместителя военного коменданта Пхеньяна — крупнейшего города в советской зоне оккупации.
