Вот уж, действительно, свобода. Помните, я парился, в Россию мне ехать за Машей или тут корпеть над учебой. Я вот прямо сейчас подумал, стоя у дверей суда в Бруклине, что это же хорошо. Когда можно и так, и так. Точней, или так, или так. Когда выбор есть, хоть ты им и мучишься. Плохо, когда выбора нет. Ладно. Я сейчас вдарюсь в рассуждения – это, наверное, просто еще кровь моя от лица и головы не отхлынула после того, что Иссайя тут учудил.
Я тоже пошел к метро. Мне очень хотелось, чтобы вот прямо сейчас подул ветер, залез мне под футболку и растрепал мне волосы, но ни волос для растрепывания, ни ветра, как назло, не было. В Нью-Йорке стоял жаркий сентябрь, и воздух совсем-совсем не двигался с места.
Я достал телефон, который мне вернули на выходе из суда, и позвонил Маше.