— Знаю, — кивнула Варя и вновь наградила меня своей ослепительной улыбкой.
А я с досадой подумал: «Вот тебе и честный человек. Зачем я соврал? Вовсе я не дружу с Данелией. Так, шапочно знакомы… К чему я это? Как будто цену себе перед ней набиваю… Эх…»
Официанты не спешили ко мне подходить (может, не заметили, что у Варвары сменился сотрапезник), и я достал сигареты.
— Угощайтесь, — любезно протянул я девушке пачку с вытолкнутой вперед трубочкой.
— Спасибо, — не отказалась она. Я протянул к ней зажигалку и дал прикурить.
— «Мальборо», — с одобрением сказала Варя, затягиваясь. — Вы не дипломат?
— Нет, — усмехнулся я. — «Мальборо» у нас сегодня курят далеко не только дипломаты.
— Но вы тоже бываете за границей? — выпустив вверх тоненькую струйку дыма, спросила Варя.
— Бываю, хотя и нечасто.
— А я вообще еще ни разу не была, — с огорчением поделилась Варя. — Но скоро поеду! — тут же просияла она.
— С мужем, конечно, — понимающе кивнул я.
— Конечно.
— А он у вас…
— Он не дипломат, — с улыбкой перебила Варя, видимо, поняв, к чему я клоню. — Он кинорежиссер. Как ваш друг Данелия.
— Что вы говорите! — фальшиво воскликнул я.
«Черт, и зачем мне надо было ввязываться в эту комедию?» — тут же подумал я и еле удержался, чтобы не поморщиться. Но стоило мне посмотреть на прекрасное лицо Вари — и я понял, что очень рад тому, что Волнистый втянул меня в свой нелепый спектакль.
В жизни Варя оказалась еще прелестнее, чем на экране. В ней и впрямь был какой-то магнетизм — на первый взгляд сдержанный, неявный. Она была не из тех красоток, за которых цепляется взгляд, когда они просто проходят мимо. Допускаю, что в толпе человек, ранее с Варей незнакомый, мог бы и не обратить на нее никакого внимания. Но уверен, что всякий мужчина, которому, как мне сейчас, посчастливилось посидеть с нею несколько минут за столиком и хорошо ее рассмотреть, был бы Варей всецело покорен.
Я покорился уже в кинозале. Сейчас это чувство только усилилось — как минимум вдвое.
— Да, Валера — режиссер. — Варя явно приняла мое восклицание за чистую монету. — А я актриса. Начинающая. Так у нас часто бывает: муж — режиссер, жена — актриса.
— Это точно, — молвил я. — А вот наоборот — почему-то никогда.
Варя засмеялась и вдавила окурок в пепельницу.
— А вы кто? — весело спросила она. — Ой, что-то мы даже не представились, а сразу перешли к профессиям. Я — Варвара.
— Варвара, — зачарованно повторил я, глядя в ее глаза. — Можно просто Варя?
— Можно, — подтвердила она.
— А я Аркадий.
— Можно просто Аркаша? — с иронией уточнила она.
— Вам можно все, — серьезно ответил я. Варя поморщилась:
— Нет, «Аркаша» вам не подойдет. Вас лучше называть просто Аркадием.
— Вы прочитали мои мысли, — развел я руками.
— Так кем же работаете вы, Аркадий? — спросила Варя и, не дождавшись ответа, обеспокоилась тем, что меня не обслуживают. — Ой, а куда же официант запропастился?
— Вероятно, он перепутал меня с вашим мужем, — горько усмехнулся я.
И тут же, прямо как в кино, пресловутый официант вырос передо мной с меню в руках. Я заказал пару салатов, цыпленка табака и бутылку вина.
— Он, кажется, тоже прочитал наши мысли, — пошутила Варя, как только официант отошел от столика.
— Вернее будет сказать, подслушал наш разговор, — поддакнул я.
— Может, так и есть, — задумчиво сказала Варя. — В каком-то фильме было — установили подслушивающее устройство (кажется, как раз прямо в стол) и таким способом поймали преступника.
— Ну нас-то с вами не за что ловить, — слукавил я. На самом деле ощущение, что именно сейчас я делаю нечто преступное, у меня только усиливалось.
Я понимал, что пора уже выкладывать карты на стол, но не знал, как к этому подступиться. Я ожидал, что Варя еще раз спросит меня, кем я работаю, но она отвлеклась на оркестр, который заиграл мелодию Зацепина из «Кавказской пленницы». Дивная, конечно, мелодия. Не позвать ли мне Зацепина в свою следующую картину? Она вполне может оказаться смотрибельной уже из-за его музыки. Плюс Варвара! — вспомнил я. Если все выйдет. Меня уже гложут сомнения…
Когда номер закончился и Варя вместе с еще несколькими посетителями зааплодировала, я слегка наклонился к ней и, стараясь говорить беззаботно, произнес:
— Представьте, а я тоже кинорежиссер!
Разумеется, это прозвучало чрезвычайно фальшиво. Я бы не удивился, если бы Варя все поняла и в ту же секунду выплеснула мне бокал с вином в физиономию. Впрочем, у нее сегодня еще будет повод сделать это.
А пока что я увидел на ее лице лишь искреннее удивление.
— Правда? — приложила она руку к груди.
— Да. — Я изобразил некое подобие голливудской улыбки.
— И вы работаете на «Мосфильме»?
— Точно так.
— Ну тогда вы, конечно, знаете моего мужа! — радостно воскликнула Варя.
Так, а что делать теперь? Тоже удивляться, когда она скажет, что ее муж — Волнистый, или…
— Мы с ним вместе учились, — решил признаться я.
Варя по-прежнему не раскусила, что я в сговоре с ее муженьком (или сыграла, что не раскусила):
