Монтажное кино для Пудовкина – способ выражения поэтической метафоры. Главная метафора обоих фильмов – революционное движение как непреодолимая сила природы. В финале «Матери» черная весенняя вода ломает белый лед, рифмуясь с первомайской демонстрацией (остается неясно, в каком промышленном регионе России ледокол может происходить на Первомай); в финале «Потомка Чингисхана» неистовая буря буквально выметает из Монголии британских империалистов (которых, по правде говоря, там никогда не было), оба фильма, таким образом, – образец поэтического кино (Рисунок 83).

Но еще интереснее монтажные построения в уникальном поэтическом документальном фильме Дзиги Вертова «Человек с киноаппаратом» (1929 г.). Вертов стремился создать новый, уникальный и универсальный, специфический язык кино за счет движения, монтажа, манипуляций временем и пространством. Вертов демонстративно отказался от сценария, титров, актеров, декораций и костюмов, вынуждая зрителя самого стараться понять содержание фильма благодаря монтажу.

Рисунок 83. Кадры из фильмов Всеволода Пудовкина «Мать» и «Потомок Чингисхана» – поэтические метафоры

«Человек с киноаппаратом» чуть более чем за час отражает жизнь трех крупных городов СССР – Москвы, Киева и Одессы – с утра до вечера. Интересно, что к «вечеру» плотность экранного действия не снижается, а нарастает, и кульминация приходится на последние шесть минут фильма. В картине около 3 тыс. монтажных кадров (не считая широкого использования полиэкрана, двойной экспозиции, зеркальных отражений и наплывов), из них около трехсот приходится на последние шесть минут фильма, из них не менее двухсот – на последние две минуты фильма, при этом за последние полминуты перед зрителем проходит, пожалуй, более ста монтажных кадров.

В ряде кадров фигурируют брат режиссера Михаил (Моисей) Кауфман, оператор картины, и жена режиссера Екатерина Свилова – монтажер фильма. Киноаппарат, возвышающийся над толпами людей, как марсианский треножник, бешеный ход времени, слом традиционного искусства, вездесущий киноглаз – только некоторые из символов Дзиги Вертова в этом фильме (Рисунок 84).

Рисунок 84. Кадры из фильма «Человек с киноаппаратом» – символы Дзиги Вертова

Сторонником поэтического кино был и Александр Довженко. Его лучшие фильмы немого периода «Звенигора» (1928 г.), «Арсенал» (1929 г.) и «Земля» (1930 г.) – это поэтические фильмы. «Звенигора», формально посвященная тысячелетней украинской истории – смесь мистики, фантазии и реальности. Одна из характерных для Довженко тем, которую он отрабатывает в «Звенигоре», – характерная для украинского фольклора тема «неумирающего» героя. Герой войны Тимош (Семен Свашенко), георгиевский кавалер, приговорен к казни перед строем, он просит у офицера разрешения самому командовать своим расстрелом. Эта сцена – монтажный и операторский шедевр изобразительного конфликта (Рисунок 85). Результат расстрела – герой жив, мертв офицер.

Тема неумирающего героя появляется и в финале «Арсенала» – фильма, посвященного попытке большевистского мятежа на киевском заводе «Арсенал» в 1918 г. Повстанца, которого не могут застрелить каратели, опять зовут Тимош, и играет его опять Семен Свашенко (Рисунок 86). Интересно, что Александр Довженко сам был участником описываемых событий, причем на стороне Центральной Рады. 

Рисунок 85. Кадры из фильма Александра Довженко «Звенигора» – мотив неумирающего героя

Знаменитая «Земля» формально посвящена коллективизации на Украине, но параллельно основной идее в фильме присутствует альтернативное содержание, не соотносящееся с коммунистической идеологией. Длинными планами Довженко передает чудо природы, которая находится в непрерывном развитии, в которой на смену старому всегда приходит новое – поэтому Довженко не видит трагедии в смерти даже такого молодого человека, как главный герой фильма Василь (Семен Свашенко) – в финале фильма рядом с его невестой Наталкой (Елена Максимова) появляется его мистический двойник, которого можно трактовать как воскресшего Христа (кулак, убийца Василя, таким образом становится Иудой).

В финале «Земли» Довженко использует средства монтажного кино, чтобы показать, как все основные сюжетные линии приходят к завершению: комсомольцы торжественно хоронят Василя, кулак, Наталка скорбит по Василю в хате, кулак-Иуда сходит с ума, деревенский поп проклинает колхозы, беременная мать Василя рожает ребенка – а плодородная земля Украины живет и дает урожай (Рисунок 87).

Рисунок 86. Кадры из фильма Александра Довженко «Арсенал» – и снова неумирающий герой

Перейти на страницу:

Похожие книги