Лучшей новости быть не могло! В кино, конечно, отец не пустит, можно и не отпрашиваться, но с Наташей у ворот постоять можно. Ее то пустят в кино, вот она и расскажет, что и как там было. Чтобы не сидеть без дела в ожидании подруги и не раздражать отца бездельем Аня вышла во двор и занялась наведением порядка. Время пролетело быстро. Только девушка закончила подметать во дворе и подошла к стоящему во дворе умывальнику помыть руки, как мама позвала ужинать. За столом, как обычно, мама делила все на порции, а отец резал и раздавал хлеб. Несколько горячих картофелин и малосольные огурцы были очень вкусными, поэтому все было съедено очень быстро, а поскольку просить добавку в семье было не принято, то Аня решила завершить трапезу и потянулась за отваром шиповника.
– Здравствуйте! Ну что, Нюсь!? Ты в кино идешь? Опаздываем! – на одном дыхании выпалила неожиданно появившаяся на пороге Наташа. Аня от неожиданности втянула голову в плечи. Она готова была сквозь землю провалиться, исчезнуть, испариться и от страха зажмурилась. Она ждала гнева отца, но отец молчал.
– Папенька… – то ли извиняясь за подругу, то ли умоляя отца отпустить в кино, дрожащим голосом произнесла Аня.
Отец смотрел своим леденящим кровь взглядом прямо в глаза Ани. Она уже готова была расплакаться от страха, ком подкатил к горлу, слезы навернулись на глаза… Иван Филиппович поднялся из-за стола и вышел в другую комнату. Мать сидела неподвижно и молчала. Наташа тоже не знала, как себя вести дальше. Аня поднялась, чтобы собрать посуду. Раз отца за столом нет, значит ужин закончен и надо убрать со стола.
– Оставь, вертихвостка! – протянул дочери две купюры по одному рублю Иван Филиппович и все так же грозно добавил – Иди, коле уж так охота.
–Спасибо, папенька- Аня хотела обнять отца, но тот грубо оттолкнул ее.
– Иди ужо, пока не передумал. – пробормотал отец и вышел во двор.
Со скоростью ветра Аня метнулась к сундуку, достала свое единственное праздничное платье, быстро его погладила – благо еще не остыли угли в плите, где варилась картошка, накинула на плечи цветастый платок и на ходу заплетая косу, через несколько минут они с подружкой уже были за калиткой.
– Ох и натерпелась я страху- оказавшись на улице заговорила Наташа.
– Да ладно! Пора бы уже привыкнуть – сказала Аня, хотя понимала, что к грубости отца привыкнуть невозможно и не понимала с чего друг он так сегодня подобрел.
Догадки роились в голове, но ответа не было. Ну да ладно! Девушки не шли, они практически бежали и скоро впереди показалась школа, во дворе которой и будут показывать кино. Главное Наташа рядом, а впереди за школьным забором уже видна машина и рядом с ней большая группа людей, собравшихся вокруг нее. Зажав кулачке купюры, Аня была самой счастливой – она первый раз в жизни будет смотреть фильм! Это ли не радость, это ли не счастье?!
У входа во двор школы, у калитки тоже толпились несколько человек. Подошли и Наташа с Аней.
–А билетики кто продает? – спросила бойкая хохотушка Наташа, как будто не видела, что незнакомец здесь один – остальные местные и уже глядя на незнакомца спросила – а скоро кино станете крутить?
– Немножко надо подождать, когда солнце сядет- не глядя на Наташу ответил парень и обращаясь к Ане спросил- Вам билетик?
Аня засуетилась и выравнивая купюры протянула их незнакомцу, но одна купюра предательски выпала из рук.
Аня нагнулась за купюрой… Молодой человек тоже наклонился, да так резко, что они столкнулись лбами и Аня просто упала на сырую землю, уронив и вторую купюру. Все вокруг засмеялись.
– Давай, Нюська! Сей деньги! – пошутил кто-то из стоящих парней.
Шутили не со зла, просто хорошее у всех настроение, а здесь такой цирк. Ане все равно стало так неловко, так стыдно и она покраснела, ведь рядом стоял человек, с которым она незнакома. Парень поднял купюру, протянул Ане руку и помог встать.
–Возьмите деньги. Простите… так нехорошо получилось… в кино так идите. Я виноват, извинялся молодой человек. Наташа быстрее Ани сообразила, о чем речь и выхватила деньги у него из рук.
–Ну чего остолбенела? Бери и пошли! – подруга потащила Аню в глубь двора. Наташа тянула Аню за руку, что-то болтала, а у Ани опять зароились мысли. Впервые в жизни кто – то перед ней извинялся! Обычно она всегда, везде и во всем виновата. Она все еще чувствовала его теплые крепкие руки, чувствовала на себе его виноватый взгляд. А какие у него глаза?! Бездонные черные глаза… В них столько тепла и нежности! Он совсем не похож на местных парней грубых и насмешливых.
