Кинжал убийцы полностью

— Какой-нибудь зубастый зверь, который откусит тебе пальцы, и ты окажешься с гноящимися обрубками, — предположила я. — Оставь его в покое.

— Кто-то идет. — Шив сунул карту за пазуху.

Вдалеке показалась одинокая фигура. Она остановилась и начала отодвигать крупные камни, которые служили воротами в одной из низких стен, разделяющих эту бесплодную землю.

— Шевелитесь. — Райшед зашагал достаточно быстро, чтобы со стороны не казалось, будто мы шатаемся без дела, но не настолько торопливо, чтобы привлекать внимание.

Край капюшона скрывал от меня незнакомца, и от беспокойства у меня зачесалась спина.

— Что он делает?

— Ничего. Просто иди дальше. — Сорград повел нас к низкой теснине в зубчатой гряде. Грен не обращал внимания на узкую тропинку и шел прямо по траве, топча сапогами редкие цветы, которые прятались среди грубых стебельков. Порывистый ветер приносил сладковатый запах мятой зелени.

— Следи за козами, — предупредила я Грена. — В прошлый раз мы то и дело натыкались на этих тварей.

— Давай посмотрим карту, Шив. — Сорград нырнул в укрытие меж двух высоких камней, торчащих из травы, будто сломанные зубы.

Мы с Райшедом прижали углы пергамента к пятнистой от лишайника глыбе.

— Нам нужно идти на север, — сказала я.

— Обходя ту деревню. — Райшед категорично ткнул в нее пальцем.

Шив провел ногтем по слабой голубой линии и более темной коричневой.

— Когда перейдем реку, отправимся по этой дороге в глубь острова.

Сорград с сомнением изучал маршрут.

— Пойдем по ней или будем пробираться стороной? У меня нет охоты объясняться, если мы столкнемся с кем-то нос к носу.

Райшед покачал головой:

— В стороне от дороги мы привлечем больше внимания.

— Хотим мы или нет, но придется идти по дороге. Там вокруг сплошные скалы и осыпи. — Я выдержала пристальный взгляд Сорграда, пока горец не решил, что я говорю правду, а не просто становлюсь на сторону Райшеда.

— Ну, скоро вы там? — заныл Грен.

Мы поднялись на вершину гряды и начали спускаться по противоположному склону. И здесь каменные стены разделяли пастбище. Общипанная трава, темный помет — вот все, что напоминало о козах. Удивляясь, почему их нет, я едва не полетела вниз головой в скрытый под камышами ров.

— Гляди под ноги. — Райшед схватил мою руку, и мы осторожно перешагнули через темно-коричневую воду.

— Я чувствую запах еды. — Грен смотрел на далекие крыши деревни, которую мы обходили. Из низких труб поднимался синеватый дым.

— На таком расстоянии? — хмыкнула я. — Тебе это чудится.

— Не стоит перебивать аппетит. Потерпи, пока дойдем до места, — строго велел ему Сорград.

— А что, если этот тип с коричневыми отрядами не захочет нам помогать? — задумчиво поинтересовался Грен. — Мы его тоже убьем?

Сорград пожал плечами:

— Смотря, что он скажет.

Братья пошли вперед, чтобы разведать путь. Райшед и Шив немного отстали.

— Что думает Узара об этой парочке? — услышала я за спиной вопрос Райшеда.

— Сорграда можно заставить прислушаться к голосу разума, — негромко ответил Шив. — Грен интересуется только выпивкой, едой, дракой и пригожими девицами. Пока он рассчитывает получить то или иное, причем в любом сочетании, он будет соглашаться с доводами брата.

Я улыбнулась и ускорила шаг, дабы не терять из виду Сорграда и Грена. В сравнительно укромной долине между грядой и холмом трава росла гуще. Она мягче стелилась под ногами и была усеяна голубыми колокольчиками, дрожащими на хрупких стебельках. Более храбрые белые цветы скапливались вокруг пучков волнистых кожистых листьев, увенчанных красными цветами, которые таили какой-то секрет в своих лепестковых шарах. Я опять удивилась, куда делись все козы. Почему такая прелесть осталась несъеденной?

Грену вскоре надоело шнырять вокруг, подражая глупой гончей, и он пошел рядом со мной.

— А здесь не так плохо.

— Тебе бы попасть сюда зимой.

Мы побывали на островах в самом начале зимы, и мне было от чего содрогнуться.

— Неженка ты, — пожурил горец. — Мы с Градом привыкли к более суровой жизни.

— К суровой жизни и смерти по прихоти Илкехана? — осведомилась я.

Грен беззаботно пожал плечами:

— Мы положим этому конец.

Я собиралась спросить, какого прорицателя он посетил, когда резкий свист Сорграда заставил Шива и Райшеда догнать нас. Мы присоединились к горцу у вершины холма, совсем недалеко от реки. Он присел на удобную каменную глыбу и стал рыться в кармане. Неугомонный ветер ерошил его тонкие соломенные волосы.

— Кураги? — Сорград протянул замшевый мешочек.

Я взяла липкий комок золотистых сушеных фруктов.

— В чем дело?

— Вон, смотрите. — Сорград небрежно махнул рукой, указывая на спуск к реке. Поток там был достаточно узкий для переправы, а под нами он расширялся в широкую дельту с песчаными отмелями и блестящими протоками. Черно-белые и пестрые птицы ходили по песку, клевали червяков, а над ними в полинявшей голубизне кружили темные силуэты морских разбойников.

— Вижу, — кивнул Райшед, когда за мелким бугром, увенчанным желтыми цветочными стрелками, взметнулась широкая треугольная сеть.

— Кого он ловит? — поинтересовался Шив.