Продолжение книги Император. ЗарождениеПопав в публичный дом, Скерли надеется, что на этом неприятности закончились, и ей предстоит просто учить детей в ожидании возвращения принца. Для нее становится сюрпризом скверный характер местной управляющей. Как быть с нахлынувшими внезапно проблемами, ведь еще и старший брат принца решил во что бы то ни стало отыскать ее, чтобы насолить Рейнхарду за проигрыш в злосчастном поединке. К чему в результате может привести сближение с единственным человеком, который может ей помочь?На Лорда Алистера обрушилась лавина новых дел и обязанностей, как во дворце, так и за его пределами. Выдержит ли он такой груз ответственности и сможет ли удержать в узде свои эмоции? Ведь если тебе велели позаботиться о чьей-то безопасности – должен ли ты быть готов отдать за это свою жизнь? А мечту всей своей жизни?Содержит нецензурную брань.
Каждая вещь в пустом крыле напоминала о ней. Войти в покои супруги я так и не решился. Подходя к двери, стоял почти час на одном месте, просто смотря на дверную ручку. Коснуться ее ладонью и открыть слишком тяжело, ведь по ту сторону – все целиком и полностью принадлежало ей. Даже здесь, в коридорах, веял неуспевший выветриться аромат духов, заставляя повести носом, вдохнуть запах и закрыть глаза, наслаждаясь и представляя, словно она все еще где-то здесь, рядом. Стоило войти в гостиную, и в глаза бросался диван, где Катрина часто сидела в ожидании меня с совещания или приема. Вскакивала и неслась в объятья, широко расставив руки. Такая нежная, легкая, воздушная, очень красивая и живая.
Сейчас ее больше нет, а перед глазами время от времени, встает картина, как брызги крови разлетаются в стороны, а тело самой прекрасной женщины в мире падает на пол тронного зала. Дальше все как в тумане, вплоть до беседы в камере с одним из братьев. На самом деле, я плохо помню, что говорил Рейнхард, но точно запомнил самое последнее: фразу, преследующую меня в ночи. “Просто помни, кто всадил пулю в голову твоей жены”, – уж я это прекрасно знаю. Рейнхард рассчитывает на меня, он надеется, что я помогу ему, одолею братьев здесь, но разве я смогу? Кто я, а кто они….
Не заметив, как остановился перед дверьми крыла старшего брата, опускаю взгляд и замечаю, что пальцы сжимают рукоятку пистолета. Обернувшись, не вижу ни одного гвардейца поблизости, что-то охрана действительно расслабилась, и ее стало куда меньше, чем было. Может, часть улетела вместе с отцом, я не знал. Никто не посвятил нас в планы Императора и он не попрощался перед отлетом, что задевало. Ведь, знай я об отсутствии во дворце отца и возвращении наследника трона, наверное, смог бы предугадать такое развитие событий и остановить его. О чем только думала Катрина, когда пыталась перевести слухи, гуляющие по дворцу, о женитьбе принца на фаворитке с нас? Неужели она и правда считала, что какой-то тетрадки будет достаточно, и Геннадий без разбора пойдет против Рейнхарда? Я не мог в это поверить, не мог никак, но факты и слова брата говорили сами за себя, а спросить Катрину никогда больше не смогу.
Подняв свободную руку, аккуратно стучу в дверь. С той стороны копошатся, слышу шаркающие шаги, детский смех и топот бегущих по полу ножек. Моему племяннику пять, он невинный ребенок, родившийся не в той семье. Мальчик ни в чем не виноват и еще не успел ничего сделать, никому не успел навредить. А Катрина успела? Девушка была так же невинна, как и он, никогда и никому не желала зла, а все, что говорил про нее Рейнхард – никто не может доказать. Она – сама доброта и наивность, столько помогала всем, кому могла, и после своей же помощи вдруг решила погубить? Ни за что не поверю в это, не могу.
Дверь открывается, на пороге стоит вовсе не та женщина, что мне нужна, а служанка в сером приталенном платье, с пучком на голове из русых с сединой волос. У нее за спиной прячется сын наследника престола. Черные, как смола волосы, голубые глаза – весь в отца. Он смотрит на меня снизу вверх и улыбается широкой, доброжелательной улыбкой.
– Дядя Лео! – восклицает ребенок и тянет ко мне руки в надежде, что я встречу его с той же радостью, подхвачу, оторву от пола, но служанка судорожно прячет мальчика за запертую створку двери и испуганно смотрит сперва на пистолет в моей руке, потом только на меня.
– Да, Ваше Высочество, Вы что-то хотели? – интересуется женщина, запинаясь на каждом слове. Во мне все так и трепещет от гнева, рука начинает дрожать, и я замечаю это. Спрятав оружие за спину, аккуратно убираю его за пояс брюк, чисто из соображений безопасности. От таких нервов неудивительно, если прострелю себе ногу.
– Да, я бы хотел побеседовать с Леди Еленой, если она сможет меня принять, – убивать ребенка – слишком низко и не равносильно совершенному Геннадием действию, да и этот мальчик – мой племянник, в конце концов, он наше продолжение рода, и на самом деле, я люблю его не меньше Катрины. Наблюдаю за тем, как колеблется служанка, она не хочет оставлять мальчика тут со мной, но ей нужно пойти спросить госпожу, примет ли та меня.
– Я его не трону, честное слово, – на всякий случай пытаюсь успокоить ее и сурово смотрю исподлобья на женщину. Сглотнув ком в горле, за которым я проследил, она кивает и стремительно удаляется по коридору. Присев на одно колено перед мальчиком, улыбаюсь ему и протягиваю руки.
– Привет, давно не виделись, ты так вырос, – Геннадий уехал из дворца год назад, тогда его сын был совсем крохотным, или, может, мне так казалось. Поняв, что теперь можно броситься мне на шею, племянник радостно прыгает, обхватывает своими крошечными ручками мои плечи и чуть ли не виснет на них.
– Дядя Лео! – снова радостно повторяет он, а я прижимаю наследника к себе и закрываю глаза. Нет, этому маленькому, хрупкому созданию никто и никогда не причинит зла, я сам за этим прослежу.
