В последующие дни Крид часто беседовал с вождём туарегов, излагая свой план создания безопасного торгового маршрута через пустыню, который бы контролировался не иностранными войсками, а самими туарегами. За обеспечение безопасности они получали бы фиксированную плату от торговцев — легальную, официально признанную всеми сторонами, в отличие от нынешних поборов, которые внешний мир считал разбоем.
— Ты предлагаешь нам стать стражами караванов? — с сомнением спросил один из старейшин племени. — Но туареги всегда были свободны, как ветер пустыни. Мы не слуги султанов или купцов.
— Не слуги, а хозяева, — поправил его Крид. — Хозяева пустыни, контролирующие её пути по собственному праву. Разве не лучше получать законную плату за проводнические услуги, чем вечно сражаться с войсками султанов, пытающихся защитить свои караваны?
Идея постепенно находила отклик, особенно среди молодых туарегов, уставших от постоянных конфликтов и мечтавших о более стабильной жизни для своих будущих детей. Но оставались и консерваторы, опасавшиеся любых перемен в традиционном укладе.
На тридцатый день пребывания Крида в лагере произошло событие, окончательно склонившее чашу весов в его пользу. Разведчики туарегов донесли о приближении большого отряда вооружённых людей — около сотни всадников, двигавшихся прямо к скрытой долине, где располагался лагерь.
— Это не люди султана, — встревоженно сообщил главный разведчик. — Судя по одежде и оружию, это наёмники из Феццана, возможно, посланные шейхом Аль-Мансуром.
Шейх Аль-Мансур был известен как давний враг туарегов, неоднократно организовывавший карательные экспедиции против кочевников, якобы для обеспечения безопасности торговых путей. В действительности он стремился монополизировать торговлю через пустыню, устраняя конкурентов любыми средствами.
— Они выследили наш лагерь, — мрачно констатировал амануэн. — Придётся сражаться.
— Или договариваться, — предложил Крид. — Позволь мне выйти к ним парламентёром.
— Это самоубийство, — покачал головой Аг-Гали. — Аль-Мансур не слушает послов, особенно от туарегов.
— Я не туарег, — напомнил Крид. — И, возможно, имя кардинала Крида что-то значит даже для наёмников Феццана.
После краткого совещания с советниками амануэн неохотно согласился. Крид, надев свои кардинальские одежды, которые возил с собой, но редко использовал, отправился навстречу приближающемуся отряду в сопровождении лишь пяти туарегских воинов с белым флагом.
Встреча произошла на небольшом плато в нескольких километрах от лагеря. Наёмники были удивлены, увидев христианского кардинала во главе делегации туарегов.
— Что это значит? — грубо спросил командир отряда, смуглый человек с шрамом через всё лицо. — Кто ты и почему говоришь от имени этих разбойников?
— Я кардинал Крид, специальный посланник Его Святейшества Папы Римского, — спокойно ответил Крид. — А эти люди — не разбойники, а законные хозяева этих земель, с которыми я веду переговоры от имени христианского мира и султана Туниса.
Имя Крида произвело впечатление на командира. Очевидно, даже здесь, в глубине пустыни, слухи о таинственном кардинале с необычными способностями и высоким положением уже распространились.
— Мы посланы шейхом Аль-Мансуром для наказания туарегов, напавших на его караван, — менее уверенно произнёс командир. — Это не касается христиан или Папы.
— Напротив, это касается всех, кто заинтересован в мире и торговле в этом регионе, — возразил Крид. — Я предлагаю вам другое решение, нежели бессмысленное кровопролитие. Решение, которое удовлетворит и вашего господина, и туарегов.
В течение нескольких часов Крид вёл переговоры с командиром наёмников, объясняя свой план создания безопасного маршрута через пустыню. Он предложил компенсацию за товары, якобы похищенные туарегами из каравана Аль-Мансура (хотя, как позже выяснилось, нападение было инсценировано самим шейхом как предлог для нападения). Главное же, он пообещал, что новая система позволит шейху Аль-Мансуру сохранить своё влияние на торговых путях, но без необходимости постоянных военных конфликтов.
К вечеру, к удивлению туарегов, наёмники согласились отступить и передать предложения Крида своему нанимателю. Это было неслыханно — обычно столкновения между туарегами и отрядами феццанских шейхов заканчивались кровопролитием с обеих сторон.
Когда Крид вернулся в лагерь, его встретили с почестями, обычно оказываемыми великим воинам. Амануэн лично вышел ему навстречу:
— Ты сделал то, что казалось невозможным, — сказал он. — Отвратил битву без единой капли крови. Теперь я вижу, что твои слова о мире — не пустой звук.
В тот вечер у костра Аг-Гали торжественно объявил:
— Совет туарегов принял решение. Мы принимаем предложение Крида о союзе. Пусть будет мир между нашим народом и теми, кто признаёт наше право на эти земли.
Это была решающая победа в миссии Крида. Получив поддержку туарегов — самого независимого и воинственного племени пустыни, — он сделал огромный шаг к созданию безопасного коридора и заключил множество договоров и соглашений.
