Киран. Дочь воина [СИ] полностью

Вдруг приоткрылась дверь. В комнату вошла Ашара, демонстративно прижав палец к губам. Ее намек был не понятен ровно две секунды, потом дверь открылась шире и появилось девять служанок, вместе с той, у которой черный пояс поверх балахонов. И вся эта армия направилась к одной маленькой и больной мне!

— Эй, а что вы делаете? — я испуганно смотрела на их приближение.

— Вас просто вымоют, — заверила Ашара.

Я решила поверить.

Мыли меня быстро и бережно, но на столике, не опуская в ванну полностью. Вода была теплая и какая-то беловатая, но особо разглядеть не получалось — сил совершенно не было. Дикая слабость и ломота во всем теле, как после гриппа. А еще болело горло и было трудно глотать, но это скорее я его сорвала, пока кричала.

Потом вытерли насухо, очень осторожно… а еще в ванной было освещение плохое, потому как мне почему-то казалось, что у меня все тело в синяках, а вода после моего омывания, приобрела розовый оттенок. Зато потом, когда меня таки принесли в спальню и уложили, я поняла жуткое — все тело реально было в синяках! Темных, наливающихся чернотой отметинах!

Как я дотерпела до момента, когда уйдут служанки — ума не приложу. Но едва рядом со мной осталась Ашара, под предлогом того, что нужно накормить, я сорвалась:

— Что происходит? — и ловко отвернулась от ложечки, с какой-то бурой бурдой.

Но старуха не ответила. Сидела молча и словно прислушивалась. А потом едва заметно указала на свой передник, а точнее на карман. Превозмогая слабость, я полезла в чужой карман! И вот до чего я уже докатилась — с первыми встречными сплю, по чужим карманам шастаю, что дальше будет?

Включила сейр, увидела встревоженное мамино лицо, услышала приглушенное:

— Я тебя сама убью! — и уже тише. — Наушник. Один.

Молча вытащила из сейра динамик, вставила в ухо и услышала:

— Сейр спрячь. Ничего не говори сейчас. И вообще — поесть бы тебе.

Молча лезу в чужой карман повторно, засовываю сейр, затем послушно открываю рот и позволяю себя кормить. А мама начала говорить:

«Так, Пантеренок, слушай меня внимательно. Первое, только отвечай иносказательно — он понял, кто ты?».

— Нет, не хочу больше, — сообщила я, отворачиваясь от ложки, протягиваемой Ашарой.

«Это хорошо. Потому что, Кирюш, ты не того воина выбрала. Совсем не того! Я просила найти бедного, следовательно, слабого! В этом случае последствия были бы незначительными и то, только благодаря тому, что ты двигалась после… После всего. И ты дошла бы до Наски, он отнес во дворец и ты не страдала бы… как после Нрого, например. Киран, Кирочка, Кирюсик… что ж ты с собой делаешь?!».

— Еще пара ложек и я взорвусь! — сообщила я Ашаре, но на самом деле совсем не ей.

«Поняла. Ругать бессмысленно. Но, Кира… Ты умереть могла!».

— А из чего это сделано? — вопрошаю у старухи.

— Плоды сарда, — ответила Ашара.

«Почему такие последствия? — верно поняла мой вопрос мама. — Понимаешь, Кирюш, когда происходит процесс слияния, мужчина вносит свою микрофлору в тело женщины. Обычно женщина этого не замечает даже, но то если дело касается мужчин. Воины Иристана — они иные. И микрофлора у них иная совершенно — она агрессивная. И попадая в тело женщины, начинает подавлять ее иммунную систему».

— Вирус… в смысле вкусно дайте еще.

«Да, почти как вирус. Но особенно негативные последствия, когда это попадает непосредственно в кровь».

— Странный… вкус.

«На Иристане много странного, — мамин голос стал очень грустным. — И я… я так не хотела, чтобы ты со всем этим сталкивалась, Кирюш… Я так этого не хотела».

— Предупреждать нужно… прежде чем ложку совать.

«Слушать старших нужно, а не выеживаться, подсовывая родной матери собственного жениха!»

— Все лучшее старшим!

«Не умничай, за дверью человек двадцать!».

— Эм…

«Что делают? А, это самое интересное — они принесли тебе дары от Нрого. Видишь ли, на Иристане девственность очень высоко ценится и не у каждого воина есть средства оплатить столь драгоценный дар, единственный который может принять воин».

— Еще, пожалуйста, — попросила я Ашару, та понимающе улыбнулась. — Только, предупреждай, прежде чем всовывать!

«Прости, — голос у мамы был виноватый. — Я не могла сказать тебе сразу. И не хотела, чтобы ты теряла невинность с Нрого, потому что после него умирали, Кирюш, и умирали многие. Не знаю, что с ним не так, но невинность, отданная Нрого, оборачивалась тихой медленной смертью через полгода, год. Выжило всего трое, но ни одна не смогла зачать».

Да уж, нерадостная информация, в свете которой отец и вовсе мерзавец! Но интересовала меня сейчас другая информация. Совсем другая. Мама сказала, что не у каждого воина есть деньги на плату за девственность, и в то же время приказала найти бедного воина. Это что же получается?

Это я как будто корысти ради пошла и отдалась воину?! И вспомнились мне его слова: «Ты сама пришла ко мне, тьяме. Ты согласилась. Ты обманом вынудила меня, но я не виню»… Ох ты ж атом нестабильный! Так вот о каком обмане шла речь!

— Бракованный навигатор! — прошипела взбешенная я.