— Парни, ситуация изменилась, — Майкл ощерил зубы в голливудской фальшивой улыбке. — Мы получили новое указание и нам теперь с вами не по пути. Так что, как говорится, приятно было познакомится.
Дудиков внезапно вытащил из кармана своего щегольского пиджачка миниатюрный пистолет и навел его на Зверева. Улица была пустынной, тихой, американец всё правильно просчитал — тихий выстрел вряд ли кто-то услышит, минута — и всё, они моментально исчезнут. А там ищи-свищи…
Но и здесь ситуация мгновенно изменилась — Уткин, стоявший к американцу спиной и всё еще державший в руках камень, резко развернулся и запустил этот камень в голову американцу. И Дудиков, хотя и был опытным бойцом, в своём взрослом теле прошедший множество военных конфликтов, не успел среагировать должным образом. Он только рефлекторно переместил пистолет в сторону Уткина и нажал на спусковой крючок. Но прикрыть голову от летящего у неё камня он уже не успел. В результате свалился на мостовую, получив булыжником в лицо. И, похоже, оказался в нокауте.
К Дудикову подскочил Джон Марвелл — он просто не успел ничего предпринять. Но когда он, в свою очередь, выхватил пистолет, на него уже летел Максим Зверев. И пистолет Марвелла тут же оказался у него. Остальные американцы даже не сделали попытки вмешаться — они прекрасно понимали, что шансы у них минимальны. К тому же снизу подходили капитаны Вихров и Васечкин, то есть, у Максима, вооруженного пистолетом, была серьёзная подмога — двое взрослых опытных оперативников. А на стороне американских подростков — только агент ЦРУ Джон Марвелл.
— Всё, господа, мы уходим, — Марвелл, оценив ситуацию, поднял ладони вверх. — Мы были неправы, приносим свои извинения. Наш человек неправильно воспринял информацию. Надеюсь, мы сейчас не будем выяснять отношения и предъявлять друг другу ноты протеста. Мы помогли вам уйти из-под обстрела, фактически вас прикрыли от нападения, думаю, что наш сотрудник, — он кивнул в сторону лежавшего ничком Дудикова, — в силу возраста и неопытности принял неправильное решение. Вы позволите нам уйти? Тем более, сюда может нагрянуть полиция, нам ведь не нужна огласка, не так ли?
Максим, тяжело дыша, кивнул и повёл пистолетом в сторону, мол, убирайтесь. Марвелл вопросительно посмотрел на свой пистолет в руке у Зверева.
— Проваливайте, — просипел Максим внезапно севшим голосом. — Стрелять не будем, ваша игрушка останется у меня. Сувенир на память.
Марвелл молча кивнул, потом вместе с остальными американцами подхватил так и не пришедшего в сознание, но явно живого Дудикова, и быстрым шагом пошел вниз по улице, минуя подошедших Вихрова и Васечкина.
— Товарищ Зверев, надо быстро в посольство. Операция прерывается. Вариант 04. Я только что получил сигнал. Где товарищ Уткин?
И только сейчас Максим вдруг вспомнил про Витю. Всё так быстро закрутилось, что после того, как Уткин бросил в Дудикова свой булыжник, Зверев даже не успел обернуться на него. И вот теперь он это сделал.
Уткин лежал на португальской мостовой, глядя в португальское небо мёртвыми глазами. Неестественное положение его тела говорило о том, что жизнь из него уже ушла. Но более красноречивым доказательством служило крохотное пулевое отверстие точно посередине лба. Бывший американский наёмник, одессит Майкл Дудиков хорошо умел стрелять.
1978 год начинался в мире весьма нервно. В двух самых мощных государствах на планете — Соединенных Штатах Америки и Советском Союзе — полным ходом шли преобразования. Причем, что интересно — перемены, которые происходили в одной стране, как бы подхлестывали происходящее в другой стране. И заставляли тамошнее руководство ускорять события, которые и так неслись вскачь, как табун диких лошадей. Однако, хотя США и СССР негласно вроде бы прекратили «холодную войну» друг против друга и даже стали сотрудничать в различных направлениях, тем не менее, между ними оставалась, пускай уже не вражда, но конкуренция. Причем, американский президент Рональд Рейган весьма ревниво посматривал в сторону своего коллеги — руководителя СССР, генерального секретаря КП(О) Григория Романова. Который точно так же смотрел на то, что происходит в США.
А происходили там события весьма и весьма напряженные. Американский президент Рейган понимал, что его президентство далеко не всем в США нравится. Тем более, что среди этих «многих» были самые богатые люди Америки — например, клан Рокфеллеров. К тому же его друг и соратник, директор ЦРУ Уильям Кейси сообщил ему весьма неприятную информацию о том, что у Рокфеллеров есть союзники за границей. И не просто за границей, а в Великобритании, которая на этот момент являлась ведущей европейской страной — у неё был самый высокий ВВП, а вклад её в Международном валютном фонде среди стран «Большой семерки» уступал только США и Канаде. И вот именно британский истеблишмент находился в стане противников американского президента.
