В юности нам кажется, что мы бессмертны, нас непременно ждет незаурядное будущее и великие дела. Верится, что впереди уйма свободного времени на любовь, глупые мелкие обиды и на то, чтобы исправить бездумно совершенные ошибки. Но проходит время… все меняется. И вот уже кажется, что в прошлом деревья были выше, трава зеленее. А еще… тоска чернее и боль пронзительнее. Соня убежала от прошлого, но оно вернулось и потребовало дать ответ. Что же такое настоящая любовь – великая трагедия или великое счастье?
В юности нам кажется, что мы бессмертны, как минимум неуязвимы, а ещё нас ждёт незаурядное будущее и великие дела. В не знавшем разочарования воображении рисуются заоблачные перспективы – и верится, что у нас уйма свободного времени на любовь, глупые, мелкие обиды и на то, чтобы исправить свои ошибки.
Но почему-то мы не успеваем заметить, что жизнь проходит мимо, а минуты в итоге складываются в годы.
Соня всегда знала, что её ждёт нечто особенное. Никто ей это знание в голову не вбивал, оно родилось даже раньше, чем сама Соня, и расцвело, когда она впервые осознанно посмотрелась в зеркало и поняла, что ей нравится собственное отражение. Определённо, её ждало что-то важное и большое. Правда, имя Соня звучало не слишком впечатляюще и даже не значительно, беззащитно, мягко, как новорождённый ёжик. Вот и придумала она новое – острое и хищное – Кайла. С таким именем можно себе позволить толкаться локтями и идти вперёд с задранным кверху подбородком, пронзая шпильками сердца незадачливых кавалеров.
Имя Кайла стало её щитом и маской, прикрывшей истинные черты характера: болезненную зависимость от чужого мнения, неуверенность в себе и трусость. Только Марк смог разглядеть под оболочкой Кайлы – Соню. Разглядел и ушёл.
Соня тряхнула головой и нахмурилась. Почему она сейчас вспомнила Марка? Сколько лет уже прошло? Восемнадцать. Точно. В марте отметили Юлькино семнадцатилетие. Соня давно назначила день рождения дочери точкой отсчёта для новой жизни. Было в ней всякое: периоды и отчаяния, и радости. Всё как у всех. Не лучше и не хуже. Она теперь снова Соня, это устраивает и её, и мужа, а прошлое поросло травой и пыльным забвением, ни к чему ковырять ржавым гвоздём в затянувшейся ране.
Соня перевела задумчивый взгляд на спину клиента. Так часто случалось – пока руки были заняты, мысли уплывали в неведомые дали, не всегда приятные. Соня взяла за правило во время работы, если клиент не настроен на беседу, сочинять лимерики. Большинство из них даже не записывала и забывала к вечеру. Это помогало отвлечься и избежать таких вот неконтролируемых заплывов в подсознание. А сегодня она почему-то свалилась в прошлое и забыла про рифмы.
В комнате витал стойкий аромат лаванды и перечной мяты, ненавязчивый и расслабляющий. Клиенту он нравился, умиротворял, снимал боль, но никогда не усыплял. Сейчас же мужчина лежал смирно и непривычно тихо, хотя обычно отличался говорливостью, а к ней попал явно с другой целью. Соня до сих пор удивлялась тому, что у некоторых людей профессия массажистки прочно ассоциируется с трудом какой-нибудь гейши русского разлива. Сначала мужчина активно намекал на непотребства, а Соня делала вид, что не понимает. Слава богу, руки не распускал, а ведь с другими такое случалось. В итоге он сам догадался, что под словом массаж не скрывается ничего пикантного. Вроде не расстроился и не ушёл, а потом оценил в полной мере сильные и ловкие пальцы Сони.
Некоторые называли её руки волшебными и возвращались за целебным эффектом. Соне льстила преданность старых клиентов, их похвалу она считала вполне заслуженной. Чудодейственные способности на пустом месте не появляются. Это и многолетний опыт, и врожденный дар. И, к сожалению, принесенное в жертву собственное здоровье. Последнее время суставы в пальцах начали болеть чаще и дольше, спасала только парафинотерапия или солевые ванночки.
Мужчина не шевелился, но не спал, дышал ровно и улыбался. Соня перехватила его затуманенный взгляд и тоже улыбнулась.
– Сегодня последний сеанс. Сами-то чувствуете разницу?
Он чуть повернул голову.
– Спасибо, Соня. Даже не знаю, как вас благодарить. Я ведь думал, что всё у меня в порядке, и здоров я как бык. Просто не с чем было сравнивать. К постоянной ноющей боли уже привык. А оказывается, можно жить без неё и не мучиться от бессонницы.
– Я рада, что смогла вам помочь. При сидячей работе боли в спине не редкость.
– Отправлю-ка к вам жену. Все уши прожужжала об антицеллюлитном массаже. Вы же его делаете?
– Делаю.
Соня сдержанно улыбнулась. Ага. Ещё и женат. А ничего, что планировал с ней развлечься? Значит, точно понял, насколько был неправ, и теперь делает вид, что не клеил её. Как у мужчин всё просто. Измена – обыденное явление, легко вписывается между обедом и ужином.
