Нет, нам было не по 15 лет, хотя вели мы себя почему-то именно так. Что это был за страх, глубокий, вязкий, темный и всепоглощающий, мы не знали, но сделать с ним ничего не могли.
– Отправь меня завтра домой, – попросила я после того, как молчание снова затянулось.
– Ты же сама этого не хочешь, – ответил он.
– Да, не хочу… – сказала я и подумала, что я в принципе могла остаться с ним даже на неделю, а может быть даже и навсегда, но выносить это напряжение было выше моих сил. Я боялась, что просто не выдержу.
Он обнял меня как-то неуклюже, мы полежали молча, потом он сказал:
– Завтра все будет по-другому.
Как по-другому он не уточнил. Но что все будет именно так, как произошло, я не могла представить даже в кошмарном сне.
Уснула я в ту ночь с трудом.
А на завтра он просто ушёл из дома, сославшись на какие-то срочные дела. Правда он оставил мне ключ от квартиры, и даже надел на связку какой-то брелок – специально для меня. Так и сказал: «Смотри, какой у меня есть красивый брелок, сейчас я надену его на твои ключи – специально для тебя». Это было очень трогательно.
Я маялась одна в квартире целый день. Он не звонил и не писал. Когда он придёт, я не знала, но и сама не писала и не звонила ему… Так прошло полдня, день начал потихоньку клониться к вечеру, а он все не приходил и не звонил. У меня создалось впечатление, что он просто сбежал, не в силах выносить скопившееся между нами напряжение. В конце концов, я не выдержала и начала звонить по знакомым… мужчинам, которые жили в Москве. Зачем, спросите вы? Откровенно говоря, хотелось поговорить и даже может быть увидеться с тем мужчиной, которому я абсолютно точно небезразлична. А не как тут – вроде сам позвал, а в итоге делает вид, что вообще не замечает меня.
Одним словом я ушла, не предупредив его и не позвонив ему. Причём ушла уже ближе к вечеру. Пришла обратно затемно. Он был дома, варил суп. На меня среагировал безразлично – пришла и пришла. Потом правда спросил, почему я ничего не приготовила. Меня, мягко говоря, этот вопрос слегка удивил – я же вроде в гости приехала, при чем тут готовка. Да и даже не в этом дело. В доме не было никаких продуктов, из которых можно было бы что-то существенное приготовить, и денег он не оставил. В мои планы не входило тратить свои деньги на продукты, тем более, что их у меня практически не было. Я ответила – мол, ты не просил и ничего не сказал и еды в доме нет. Помню, он сказал – картошка есть, могла бы картошки пожарить. Действительно могла бы, но откуда ж ему было знать, что я не ем жареную картошку и мне даже в голову не могло прийти ее пожарить. Только много позже я осознала, до чего же по-детски себя вела, а самое главное – я до сих пор не понимаю, почему я вела себя именно так тогда.
Ну да об этом позже. Он сварил суп и предложил мне поесть. Я отказалась. Глупо, конечно. Я не ела целый день и, конечно, есть хотелось. Но я в таком невротическом состоянии обычно теряю аппетит и потому голода не чувствовала. Было обидно, неприятно и как-то не по себе. Я чувствовала себя тут лишней и ненужной совершенно.
Ездила я к своему однокласснику на другой конец Москвы. Этот одноклассник когда-то был в меня влюблен и даже звал замуж. Именно у него дома 8 лет назад мы с Матвеем впервые стали близки, если это, конечно, можно было так назвать. Я поехала в гости, потому зашла в магазин, купила фруктов, торт и вино, но… все это было зря, потому что одноклассник мой просто не открыл мне дверь… Это было очень странно и даже жутко. Мне и так было некомфортно, а тут ещё один «облом». Лишь много позже я узнала, что этот одноклассник плохо себя чувствовал и выглядел также, а потому не хотел ни с кем встречаться. Зачем было приглашать в гости – непонятно, ну да ладно.
В тот момент я, конечно, ничего этого не знала и то обстоятельство, что я проделала огромный путь через всю Москву, а мне просто не открыли дверь, уверенности и умиротворения мне не добавило.
И вот пришла я с этим тортом, вином и виноградом к Матвею, который готовил суп и на меня не реагировал. Он не спрашивал меня, где я была, а я не рассказывала. Матвей приготовил суп и предложил мне присоединиться к нему. Я, вздернув нос, отказалась, хотя не ела ничего целый день. Он поел, ушёл в комнату и сел за компьютер. Я осталась одна на кухне. Описать все те чувства, которые я испытывала в тот момент, не хватит слов – горечь, обида, напряжение, непонимание, что делать и как себя вести, желание убежать или провалиться сквозь землю.
