В отличие от многих выбравших Китай своей профессией, меня с Китаем раньше связывали только фильмы Джеки Чана, лейблы «made in China» и панда в берлинском зоопарке (покойся с миром, Бао Бао). Даже китайцев я видел исключительно по телевизору, хотя и путешествую с восемнадцати лет. Да, сложно поверить, но были времена, когда мамонты уже вымерли, а китайские туристы еще не появились.
С тех пор жизнь поменялась, Китай вознесся над миром, китайцы разбогатели, а меня пригласили на собеседование в Гонконг. Не могу сказать, что я сразу начал праздновать, нет. Как только на мейл упали билеты, я первым делом открыл карту – проверить, куда я лечу. Стыдно, но про этот чудесный город я не знал ровным счетом ничего.
Собеседование прошло успешно, и в феврале 2010 года на барной стойке ныне покойного ресторана «Balalaika», где на входе дежурила медная голова Ленина, а в специальной морозильной комнате пили водку, я подписал offer letter, чтобы вернуться домой, собрать чемодан и переехать в жаркую Азию с твердым желанием стать здесь своим.
«В Риме веди себя как римлянин, a с волками по-волчьи».
Прошли годы, китайцем я так и не стал. Я
Только обещайте не воспринимать его слишком серьезно.
Итак, я научился:
– Различать китайцев.
– Понимать чинглиш.
– Говорить на чинглише.
– Отличать мандарин от кантонского (хотя раньше даже не подозревал о его существовании).
– Кланяться, хотя японцы это делают круче.
– Помалкивать о крутизне японцев.
– Не волноваться, когда вокруг говорят непонятно.
– Сохранять лицо, хотя сам точно не знаю, как это.
– Ценить оригиналы и сторониться подделок (подделки в итоге выходят дороже).
– Доказывать, почему Гонконг – НЕ Китай, и сразу же почему ДА, с перерывом на вдох.
– Пользоваться неустойчивыми отношениями Китая и Филиппин.
– Тонко чувствовать, когда «Тайвань – наш», а когда – нет.
– Различать сорта чая.
– Иронизировать на тему чайной церемонии.
– Отличать корейские палочки от китайских.
– Понимать разницу между 辣 (Là) и 麻(Má) на входе и выходе.
– Определять настоящий китайский ресторан по единственному признаку.
– Фотографироваться с незнакомыми людьми.
Кроме того:
– Понял, что лучшая китайская кухня – уйгурская, но если сказать об этом вслух, китайцы бесятся.
– Узнал, почему они от этого бесятся.
– Разобрался в гонконгской визовой политике, ведь знакомых пылких гонконгофилов, желающих посетить его, наконец, надо как-то консультировать.
– Узнал, когда у Будды день рождения, когда соревнуются драконьи лодки, а когда надо есть пряники.
– Поверил, что «made in China» можно произносить с восхищением.
– Оценил тофу.
– Проклял дуриан, хотя с детства мечтал его попробовать.
– Разучился пожимать руки.
И многое, многое другое…
Так получилось, что моя китайская карьера началась, что называется, «с корабля на бал». Ситуация на фирме была непростая, времени на раскачку мне не дали, пришлось сразу вникать в суть дела. А дело тогда делалось на одной деревенской фабрике между городами 中山 (Zhongshan) и 江门 (Jiangmen), куда я и направился. В те славные времена наша фирма была еще совсем крохотной, поэтому если на фабрике меня сопровождал чинглишоязычный инженер, то вопросы быта поручили решать водителю Лу, который и стал моим оруженосцем на долгие полгода.
Это сейчас, по происшествию лет, мы с Лу сносно болтаем на смеси английского и китайского, тогда же его словарный запас ограничивался словами «хеллоу» и «ок», а мой состоял из «多少钱»? («сколько стоит?») и «发票» («инвойс»). Согласитесь, не густо даже для минимального общения, поэтому надо было как-то эту проблему решать.
На дворе стояла весна 2010 года, китайцы только разворачивали массовое производство дешевых смартфонов, «Эппл» готовился анонсировать «четверку» – на технику надежды не было. Разговорник Лу презрительно отвергал (уж не знаю, чем он ему не угодил), словарь был тяжел и неудобен, оставались пантомима и «комиксы». Они и стали нашим основным инструментом общения на первое время.
И если моя гениальная актерская игра канула в лету (надеюсь, она не снится ему в кошмарах), то сомнительного качества картинки, которые я рисовал Лу, когда мне не удавалось достучаться до него, неожиданно нашлись в старом блокноте.
Расшифрую (сверху вниз):
«Я остаюсь на заводе. Езжай в KFC и привези мне еду».
«Сейчас едем в гостиницу. Завтра возвращаемся на завод».
«Едем на паром. Я возвращаюсь в Гонконг».
