– Он знает, как соблазнить женщину. Все эти разговоры о воине с чувствительной душой… Как ты могла клюнуть на такую ерунду?
– Он не чета моему мужу. Ты же сама меня так воспитала, чтобы я знала кое-что о мире образованных людей. Ты же понимаешь. Так что вряд ли тебе стоит меня винить, если я нахожу привлекательным образованного мужчину.
– Если хочешь удачно выйти замуж, то немного образованности не помешает.
– Ага, а еще перебинтованные ноги. Ты сама ничего подобного не переживала, но меня принудила. Я все еще жалею, что не осталась с теми ногами, которые мне достались от природы, и не вышла замуж за простого крестьянина из деревни.
– Ты не понимаешь, что говоришь! – воскликнула мать. – Ты просто не знаешь…
– Чего не знаю?
– Что такое быть бесправной, нищей, голодной. В этом нет ни утешения для души, ни достоинства, уверяю тебя. Как думаешь, я была счастлива, что мужу пришлось уехать в Америку, чтобы оттуда снабжать нас деньгами? И это нам еще жилось лучше, чем большинству односельчан!
– Когда невесту несут в красно-золотом паланкине из родительского дома к жениху, ей приходится всю дорогу притворяться, что она плачет, чтобы показать, как ей жаль покидать отчий дом. Но я лила настоящие слезы.
– У тебя есть дети, семья, красивый дом. – Мэйлин указала на особняк. – Твой муж богат. Он хороший человек. Вряд ли даже одна невеста из тысячи получает все это. Наверняка он тебя не обижает!
– Нет, не обижает. – Яркая Луна с раздражением отмахнулась.
– Тогда выполняй свой долг. – Мать замолчала. – Ты понимаешь, что с тобой будет, если ты изменишь мужу?
– Возможно, мы сумеем договориться разойтись подобру-поздорову. Закон это позволяет.
– Только если твой муж захочет. Он может вышвырнуть тебя и оставить детей. Подумай о них. Если он обратится в суд, то с наказанием все ясно. Ты получишь девяносто ударов палками.
– Положено наказать и жену, и любовника.
– Нет! Ты забыла! Помимо звания, у генерала есть статус цзюйжэня. Он освобождается от телесных наказаний. Так что генерал выйдет сухим из воды, а вот ты будешь уничтожена. – Мэйлин глубоко вздохнула. – Пообещай мне, дитя мое: никогда и ни при каких обстоятельствах ты не станешь изменять. Мне нестерпимо видеть, как ты разрушаешь себя. После всего, через что я прошла.
– Я не знаю, через что ты прошла.
– Ты многого не знаешь, – ответила мать.
Хотя Яркой Луне было за тридцать и она обзавелась собственной семьей, Мэйлин порой казалось, что ее дочь в каком-то смысле еще ребенок. Действительно ли она понимала, в какой ужасной опасности может оказаться? Яркая Луна не ответила. Казалось, она задумалась.
– Мама, могу я задать тебе вопрос?
– Думаю, да. Какой?
– Ты изменяла отцу?
– Как ты можешь спрашивать о таком?! Мы были очень счастливой парой.
– Муж всем говорит, что мой приемный отец на самом деле не приемный, а родной. Ему нравится, когда все думают, что его жена происходит из знатного рода. Но я задавалась вопросом, правда ли это.
– Я познакомилась с твоим приемным отцом спустя много лет после того, как овдовела. Он проезжал через нашу деревню по пути в Гуйлинь, увидел меня, узнал о моем положении, а потом попросил меня стать его наложницей. Я сказала, что поеду с ним на год или два, если он заплатит мне деньги, которые нужны для твоего обучения. Вот как все было. – Возможно, она кое-что упустила, но в целом сказала правду. – Ты тогда уже родилась. Я сделала это для тебя и оставила тебя с бабушкой дома, но вскоре вернулась.
– Тогда почему он удочерил меня?
– Когда я рассталась с ним, то попросила помочь мне найти тебе хорошего мужа. Ради этого он и удочерил тебя. Он не говорил Яо, что ты его родная дочь. Яо поторопился с таким выводом, но спорить с ним особо не имело смысла.
– Значит, ты под ложным предлогом нашла мне богатого мужа.
– Никто никогда не говорил, что это правда. Яо сам решил поверить в это. Он может даже сам так не думать, но ему, вероятно, нравится, когда другие так считают.
– И что мне остается?
– Быть замужем за хорошим человеком и благодарить судьбу, – твердо сказала Мэйлин. – Он все равно бы женился на тебе. И я уверена: он очень рад, что взял тебя в жены.
– Почему все построено на лжи?
– Твой добрый муж не ложь. Ваши дети не ложь. Ваш дом не ложь. Мы должны опираться на то, что истинно в нашей жизни. У тебя больше возможностей для развития, чем у большинства людей. Вот так мы и движемся вперед.
– Возможно, я не хочу двигаться вперед.
– А нужно!
Яркая Луна не ответила. Затем у дальних ворот сада появился господин Яо, и их разговор закончился.
Незнакомец прибыл в дом генерала на следующее утро. Гуаньцзи сидел в маленькой библиотеке и читал письмо коллекционера из Ханчжоу, когда слуга доложил:
– Господин, вас хочет видеть человек, который говорит, что он ваш родственник.
– Такое впечатление, что ты сомневаешься, – заметил Гуаньцзи.
– Это так.
Их клан за столетия разросся, и генерал всегда брал за правило доброжелательно относиться к представителям клана Сувань Гувалгия, даже если не был уверен, кто они такие.
