Но вот вы приближаетесь к Пекину! Местность принимает более оживленный вид, и вы всюду замечаете группы красивых рощ, самая дорога почти усажена деревьями, то и дело встречаются домики, попадаются какие-то памятники. Дело в том, что окрестности Пекина во всех направлениях покрыты кладбищами. О таких кладбищах, какие у нас, т. е. где на известном клочке земли помещаются друг подле друга могилы всех умирающих, в Китае, бедном землей, не имеют и понятия; там хоронят только самых бездомных бедняков и безвестных пришельцев. Если лицо сколько-нибудь побогаче, так кладбище одного его занимает пространства гораздо больше, чем даже одно из наших столичных кладбищ, а о княжеских, тем более императорских, кладбищах и говорить нечего: на них построились бы целые города. Так, недалеко от того ущелья, которое мы описывали выше, лежат кладбища императоров минувшей династии; они уже сокращены против прежнего своего объема, но тем не менее от начала их грани до первой только залы считается не менее пяти верст, и каких чудес нет по этой дороге! Вы встречаете по ней иссеченные из цельного камня фигуры слонов, верблюдов, людей и прочего, и все в колоссальных размерах; вы проезжаете мимо и торжественных ворот, и колонн, и обелисков египетских. Вообще в Китае богатые хотят пожить и по смерти; потому они стараются отвести себе местечко как можно получше и пообширнее, чтоб им было спокойно; обстраивают его различными зданиями, усаживают деревьями, между которыми белокорые кедры так гармонируют с идеей о загробной жизни.
Благодаря этим-то обстоятельствам ближайшие окрестности Пекина обставлены довольно красиво, но все-таки мертвенно, потому что пока не перевелся или не разорился род покойника, то от кладбища требуется, чтоб на нем было как можно более тишины. Один раз как-то потомок Конфуция, стерегущий его кладбище, был строго наказан за то, что на кладбище его предка пускали посетителей, которые протоптали дорожки по траве. Вот до чего простирается кладбищенский этикет!
